Андрее и другие оторопело стояли вокруг. Они чувствовали, что произошло тяжкое несчастье, и в их ожесточенных войной сердцах пробудилось сострадание. Душевные муки Гавриила были так очевидны, а белое как снег лицо девушки так несказанно прекрасно… Когда немца осмотрели и убедились, что он действительно мертв, оттащили его тело в сторону и бросили в кусты. О нем больше никто не вспоминал.
— Принесите мне из реки воды! Скорее, скорее!.. — велел Гавриил.
Какая удивительная сила заключалась в этом приказе, что он был так послушно и незамедлительно выполнен? Два человека тотчас же побежали вниз, к реке, и вскоре вернулись, неся воду в своих шляпах. Гавриил обрызгал водой лицо, грудь и руки Агнес. Спустя несколько минут легкий румянец выступил на щеках у девушки, она глубоко вздохнула и открыла глаза.
— Она жива! Она жива!.. — ликующе воскликнул Гавриил.
Но голос его тут оборвался и перешел во всхлипыванье.
Гавриил, склонившись над здоровой рукой Агнес, орошал ее слезами.
— Чертов парень! — проворчал Андрее, отворачиваясь и, как все, явно сочувствуя.
Остальные негромко переговаривались между собой и винили во всем немца. Кабы не немец со своим прозорливым глазом, разъехались бы в разные стороны, все были бы живы и невредимы. Они, кажется, сами сейчас верили в то, что говорили.
— Габриэль!.. — прошептали бледные губы Агнес.
— Я здесь! Я здесь, милая, — ответил Гавриил, роняя слезы.
— Берегись, Габриэль… он целится в тебя из пистолета.
— Уж я его проучу! Не беспокойся.
Девушка пыталась приподняться на локте:
— Ты не ранен?
— Нет.
— Слава Богу! — вздохнула Агнес с облегчением, и луч радости блеснул у нее в глазах. — Не знаю, что со мной, мысли путаются.
— Больно тебе? — спросил Гавриил.
— Больно? Да, плечо горит, в теле какая-то тупая боль. Я упала?
— Да, милая, ты сильно упала.
— Я сама виновата, расшалилась… Но что это за люди? Они глядят, глядят.
В глазах у Агнес появилась внезапная тревога.
— Успокойся, это друзья.
Гавриил сказал это не без основания: бросив один лишь взгляд на людей, он убедился, что те, действительно, стали им друзьями. Как видно, не всю еще совесть они на войне растеряли, и осталось в них немного человеческого.
Глаза Агнес сомкнулись, и забытье — на этот раз благотворное, подкрепляющее силы — снова овладело ею.
Гавриил устроил ей из одежды мягкое изголовье и укрыл ее своим кафтаном. Потом он обратился к Андрее и его людям:
— Хотите почти без труда заработать много денег?
— А почему бы нам не хотеть денег? — приятно удивился Андрее. — Но кто ты, в конце концов, такой, парень, что вдруг предлагаешь нам деньги?..
Из-за спины Андрее сказали:
— Сперва назвался рыбаком…
Еще заметили: