– Что вы здесь делаете, Яков Андреевич? – вкрадчиво осведомился он, прищурив глаза.
– Вас разыскиваю, – нашелся я. – Честно признаться, в этом доме кроме вас и поговорить-то не с кем, – сказал я разочарованно. – Никто даже о Беме слыхом не слыхивал!
– Какая жалость! – посочувствовал мне Гродецкий. – А меня ваш японец развлекает, – добавил он. – Презанимательнейшая личность!
– Ну, Кинрю еще тот выдумщик! – заметил я.
– И философ! – проговорил пан Гродецкий в ответ. – Эта его дальневосточная игра – штучка с глубоким смыслом! – протянул он восхищенно блеснув глазами. Мне показалось даже, что Станислав Гродецкий мне поверил.
– Вам понравилось? – поинтересовался я.
– Да, – кивнул пан Гродецкий, – это даже любопытнее шахмат!
– Я очень рад, что игра с Золотым драконом пришлась-таки вам по душе! – заметил я.
– Да, – ответил поляк. – Такого я не видел даже в салоне Божены Феликсовны Зизевский, – он испытующе взглянул на меня. Мне показалось даже, что Гродецкому известно, что она приходится мне кузиной.
Когда я вернулся к себе, оказалось, что меня уже дожидается Кинрю. Он развалился в глубоком кресле и, по-моему, даже дремал. Японец всегда удивлял меня этой своей привычкой спать абсолютно при любых обстоятельствах. Впрочем, он мог также и не спать несколько суток и вообще обходиться без отдыха!
Возле него на столике лежала его игральная доска, испещренная лабиринтообразными квадратами.
– Кинрю! – шепотом позвал я его.
– Яков Андреевич? – очнулся он и приподнял припухшие веки.
– Что-нибудь не так? Гродецкий застал вас у себя в комнате?
– Нет, – тихо проговорил я в ответ, – я встретился с ним на лестнице, но к счастью все обошлось. Вот, – я протянул ему на ладони сережку погибшей англичанки.
– Что это? – японец побледнел.
– Эту сережку я нашел на полу в его комнате, – ответил я.
– Кстати в гардеробе Гродецкого я обнаружил шарф и перчатки, исчезнувшие при таинственных обстоятельствах из комнаты гувернантки!
– Все ясно, – мрачно проговорил Кинрю.
– Завтра мы поедем в деревню, – сказал я ему, – так что готовься!
– Это еще зачем? – не понял мой Юкио Хацуми.
– Ну… – протянул я, – если не хочешь, то можешь не ехать…
– Ну что вы, Яков Андреевич, разве я могу отпустить вас куда-нибудь одного? – воскликнул он. – Только я не понимаю, для чего вам понадобилось завтра отправляться в деревню!
– Я должен выяснить, приезжал ли сюда Гродецкий накануне Рождества, – ответил я.
– Так вы все-таки полагаете, что… – начал Кинрю.
Я его перебил:
– Да, именно это я и предполагаю! Но мне нужно взять кое-что с собой, – добавил я. – А для этого мне опять же потребуется твоя помощь!
– Так я к вашим услугам, Яков Андреевич, – усмехнулся японец. – И что вам теперь понадобилось? – осведомился он.
– Окровавленный платок с вензелями князя Николая Николаевича, – ответил я. – И статуэтка, найденная нами на месте преступления…
Брови японца медленно стали подниматься вверх.