Я решу сам (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мне не повезло — рисунков на открытом развороте не было, только текст. Всего один абзац, написанный бисерным Дановым почерком, который я честно не собирался читать. Просто мазнул глазами по первой строчке — и не мог остановиться.

«Думаю, если бы ты действительно был альфой, то это ничего бы не поменяло. Я бы лёг под тебя, и кричал бы, и подмахивал в такт, и просил ещё, и жалел — всем существом жалел бы, — что на мне нельзя поставить твою метку. Как жалею сейчас, что не могу поставить свою на тебе. Ты ненавидишь свою сущность — знал бы ты, как я порой ненавижу свою. Вечная френдзона, роль второго плана и полное отсутствие шансов. По объективной причине: постоянные пары складываются из альф и омег — так устроен наш мир. А мне не нужны месяц, или год, или годы счастья. Мне нужны вся жизнь, весь ты, и зря я приехал, поддался соблазну, не смог отказать, как же сложно»

Запись оборвалась. Уверен, Данич писал это пока я, оттраханный и счастливый, дрых без задних ног, а тут, видимо, начал просыпаться. Возможно, в блокноте были ещё какие-то заметки, но дальше я, естественно, листать не стал. Мне и так было ужасно стыдно за своё любопытство — Дан же предупреждал, что там личное, на фига я полез? Однако вместе со стыдом мою душу наполняли крайнее изумление и огромное счастье, причин которого я до конца не понимал — или не хотел понимать. И, должно быть, именно этот эмоциональный коктейль поднял меня с кровати и потянул одеваться, чтобы отвезти Дану его пропажу. Головная боль то ли прошла, то ли я перестал её замечать, однако думалка работала всё ещё плоховато. Иначе бы я обязательно обратил внимание на то, что стояк по-прежнему со мной, пусть и не такой сильный, как сразу после пробуждения. А обратив внимание, сообразил бы, что сегодня мне лучше не рисковать и сидеть дома. Увы, все мы крепки задним умом. Вот и я пришёл к последнему выводу уже на крыльце здания, в котором работал Данич, ощутив специфическую и, к несчастью, очень знакомую пульсацию внизу живота.

По-хорошему, надо было срочно возвращаться. Однако я представил, как еду в автобусе с набирающей обороты течкой, и мне стало дурно. Нет уж, лучше разорюсь на такси, тем более что в таксисты идут преимущественно беты, которые умеют держать себя в руках даже рядом с течным омегой. Я полез в карман за смартфоном и понял, что попал по-крупному. Смартфона не было — занятый своими мыслями я благополучно оставил его дома. Я нервно прикусил костяшку указательного пальца: что же теперь делать? Заходить, как собирался, на работу к Дану рискованно — в охране у них стопроцентно альфы, а быть коллективно выебанным в подсобке я не хотел. Идти домой пешком — обязательно на кого-нибудь нарвусь, особенно учитывая то, что уже наверняка благоухаю, как лавка с афродизиаками. Оставалось последнее: дождаться Дана, благо рабочий день неуклонно близился к концу. В его компании моей заднице грозил только один член, и не скажу, чтобы я против этого возражал.

Через дорогу от здания Даничевой работы, прямо напротив крыльца, очень удачно находился узкий проход между жилыми домами. Там я и укрылся, про себя благословляя то обстоятельство, что в определённые часы наш тихий центр буквально вымирал. Только бы затишье продлилось подольше, только бы Дана не задержали! И какого хрена течка началась на половину суток раньше? Я переминался с ноги на ногу, не в силах стоять спокойно. Одежда — особенно джинсы — уже доставляла неудобство, и потворствуя желанию как можно скорее её снять, я расстегнул две верхние пуговицы на тенниске. Хорошо, что сейчас бабье лето и можно ходить без куртки — два слоя ткани на себе я бы, пожалуй, не вытерпел.

— Ну-ка, ну-ка, и кто это тут у нас так вкусно пахнет?

От неожиданно раздавшегося за спиной голоса я реально подпрыгнул на месте. Стремительно развернулся — и обмер. У меня не очень хорошая память на лица, но людей, от которых получаю по морде, я обычно запоминаю.

— Ты? — И меня запомнили, какая досада. — Омега? Кто бы мог подумать.

Мне резко подурнело — то ли из-за гадостной ухмылки рыжего Данова однокурсника, приближавшегося ко мне мягким охотничьим шагом, то ли из-за его запаха, наконец-то мною учуянного. Запаха альфы в состоянии гона.

«Беги!» — надрывался во мне инстинкт самосохранения, однако его отчаянный вопль легко заглушал другой голос — голос сраного инстинкта размножения. Поэтому я только меленько пятился до тех пор, пока вдруг не поскользнулся на каком-то неудачно попавшемся под ноги мусоре. Нелепо взмахнул руками, ловя равновесие, и в этот момент альфа — Руд, вспомнил я разговор с Даничем — сделал ко мне короткий бросок.

— Отвали! — затрепыхался я, безжалостно вжатый в стену.

— Схуяли? — осклабился альфа, раздвигая коленом мои бёдра. Надо было вырываться, драться, только меня будто загипнотизировали, превратив в покорную секс-игрушку. И что самое гадское — моë тело считало это абсолютно правильным. Оно хотело, чтобы его трахнули, сильно и грубо, оно жаждало сцепки, и плевать, что на улице и посреди бела дня. И уж тем более плевать, кто именно будет это делать — главное, чтобы от него одуряюще пахло возбуждённым альфой.

К моему счастью, Руд к любителям доггинга не относился и вместо немедленной случки потащил меня за руку в глубину прохода. Не имея воли сопротивляться, я бросил отчаянный взгляд через плечо и успел-таки заметить выходящего с работы Дана. Вспыхнувшая надежда на спасение на несколько секунд развеяла гормональный дурман, отчего у меня наконец прорезался голос.

— Дан! — заорал я во всю глотку и тут же оказался вновь прижат к стене.

— Заткнись, — прошипел Руд мне прямо в лицо, и от белого бешенства в его глазах остатки моей свободной воли испарились с тихим шипением. — А не то выебу прямо здесь, понял?

Я машинально облизнул губы и хрипло сказал: — Давай.

На лице Руда отразились сначала короткое замешательство, потом борьба вожделения и разума, а потом он резко крутанул меня на сто восемьдесят градусов. Жарко выдохнул на ухо: — Уговорил, — и умелым движением расстегнул мои джинсы. Я обречённо закрыл глаза: «Только бы Дан меня услышал».

— Ну-ка, прогнись, — Чужая ладонь властно легла мне на крестец. — И ноги раздвинь, что ты как целка?

«Только бы Дан успел».

— Эй, ублюдок, отвали от него, живо!

Вдавливавшееся в меня горячее тяжёлое тело исчезло, и оказалось, что стоять самостоятельно я могу с преогромным трудом. Тем не менее я кое-как подтянул штаны и, держась за стену, развернулся как раз в тот момент, когда Дан чудом ушёл от кулака окончательно озверевшего Руда. И пускай мой друг умел драться — он всё равно был ниже и легче, то есть уязвимее. А значит, — Руд сделал обманный финт, и Дан согнулся пополам от удара в живот — скоро его банально изобьют до полусмерти. И я ничего не смогу сделать, только смотреть на это, как течная сука смотрит на поединок дерущихся за неё самцов. Чтобы потом с довольным повизгиванием лечь под победителя.

Никогда в жизни я не испытывал к себе такой ненависти. И когда следующий удар впечатал Дана в пыльный асфальт, у меня вдруг выбило какой-то важный предохранитель. Кровь вскипела от выброса адреналина, и я с первобытным рыком бросился на противника. Мне было насрать, кто он — альфа или чёрт с рогами, — я собирался перегрызть ему горло, потому что никто, ни одна тварь не имела права бить моего лучшего друга. Моего Дана.

От такого поворота событий Руд явно растерялся — он отступал под моими беспорядочными ударами, парируя, но не отвечая на них. Теперь я был для него не объектом траха, а реальной угрозой здоровью, и наконец он с отчаянным: — Да пошёл ты на хуй, псих ебанутый! — просто-напросто дал дёру. Я рванул было следом, как вдруг передо мной как из-под земли вырос Дан. Побитый, но вполне себе бодрый.

— Мак, успокойся, всё нормально, мы победили, — он схватил меня за плечи, удерживая на месте. — Пусть уходит.

Смысл его слов доходил до меня лишь частично — в ушах шумела кровь, и «мы победили» я разобрал скорее по движению губ, чем услышал. И, ликуя, отреагировал на это совершенно спонтанным образом — впился в рот Дана жадным, жаждущим поцелуем. На который почти сразу получил ответ — беты, они ведь не железные, в конце концов, и это здорово.

Когда мы, тяжело дыша, всё-таки сумели оторваться друг от друга, Дан, глядя мне глаза в глаза, сказал: — Ты же понимаешь, что в этой войне можно выиграть бой, но не победить?

— Понимаю, — подтвердил я и улыбнулся ему счастливой и немного сумасшедшей улыбкой. — Однако я всё-таки попробую это сделать. Ради нас.