Прия обратила внимание, что во время своего рассказа Шайни делал какие-то пометки. Она с любопытством заглянула в его блокнот.
— Во имя всего святого, что это за даты? — воскликнула Прия.
Шайни улыбнулся.
— Это даты некоторых событий, полученные на основе астрономических расчётов, на днях я демонстрировал их студентам. Я хотел бы показать их доктору Бходжараджу и проверить, не совпадают ли они с его археологическими находками.
Под ними простерлось огромное водное пространство. Они пролетали над заливом Кач. Несколькими минутами позже на воде показался очень длинный причал. Потрескивающий голос пилота раздался из динамика внутренней связи.
— То, что видите внизу — это морской терминал нефтяной компании «Reliance». Причал расположен в пятнадцати километрах от побережья. Здесь танкеры загружаются сырой нефтью, бензином и дизельным топливом. Чуть позже, когда начнем снижаться, вы сможете увидеть крупнейший в мире нефтеперерабатывающий завод, расположенный в Джамнагаре.
Пилот не умолкал все время, пока самолет летел над заливом Кач и над заводом. Посадку в аэропорту Джамнагара они совершили одновременно с закатом солнца.
14
Когда Путана умерла, советники Камсы предложили еще один вариант. В Гокул, что бы убить меня, послали Тринаврату, демона — повелителя смерча. Увидев, как я играю в одиночестве во дворе, демон подхватил меня и поднял до самых облаков. Нанда и Яшода бежали вслед, обескураженные тем, как смерч уносит их любимое дитя стал бороться с демоном, пытаясь задушить его. В конце концов, обессиленный Тринаварта был вынужден отпустить меня и я полетел вниз, прямо в руки моих приемных родителей.
В аэропорту их встретил молодой помощник доктора Никхила Бходжараджа. Молодой тамилец радостно вскрикнул:
— Добро пожаловать в Гуджарат!
Энергично пожимая руку Шайни, он продолжил:
— Доктор Бходжарадж сказал, что бы я отвез вас в Дварку, где вы переночуете в отеле. Завтра утром вас доставят на наше исследовательское судно, которое стоит на якоре в девяти километрах от берега.
В Дварку, расположенную в ста тридцати километрах от Джамнагара, они отправились на автомобиле. В машине Прия заметила, как Шайни прилагает усилия, чтобы не дать своему волнению выйти из-под контроля. Он перебирал свои заметки, время от времени делая пометки на полях блокнота.
Шайни был уверен в своих выводах, которые позволяли ему определить дату великой войны, описанной в эпосе. Несмотря на то, что он был в настоящее время беглецом, на которого объявлена охота, историк в нем предвкушал встречу с доктором Бходжараджем. Скоро он сможет осмотреть древние предметы, найденные у побережья современной Дварки. Конечно, Шайни мысленно молился о том, что бы показания Бходжараджа сняли с него обвинения инспектора Радхики Сингх, но одновременно он желал в находках доктора обнаружить доказательства своих умозаключений о событиях «Махабхараты» и об историчности Кришны.
Прия глядела в окно автомобиля, наблюдая за характерным для индийских городов беспорядком — плохими дорогами, повозками, запряжёнными буйволами, которые соперничали с дымящими выхлопными газами грузовиками. Всюду сновали нищие, разносчики воды, бродячие собаки. Кое-где виднелись полицейские, отчаянно пытавшиеся контролировать происходящее вокруг них.
— Я читала, — сказала Прия, — что Кришна пригласил самого лучшего архитектора своего времени, Вишвакармана, чтобы построить Двараку. Судя по тому, что я вижу сейчас, этот Вишвакарман не очень то старался.
Молодой тамилец рассмеялся.
— Забавная мысль, мэм! Да, это верно, Вишвакарман построил здесь город на месте поглощенной водами империи Куштхастхали. Для этого у моря пришлось отвоевать значительные участки суши. Невероятно красивый город Дварака, появившийся в Гуджарате, был городом дворцов, садов, прудов, храмов, скульптур. Он был невообразимо богат.
— То есть вы полагаете, что Дварака Кришны — это реально существовавший город? — спросил Шайни.
— Ну конечно! До недавнего времени большинство историков видели в Двараке всего лишь мифический город, но некоторые исследователи, такие как доктор Бходжарадж, всегда были уверены в ее существовании. Доктор Бходжарадж участвовал в экспедиции известного археолога С.Р. Рао в восьмидесятых годах. Они тогда первыми начали искать легендарную Двараку под водой, у побережья Гуджарата. Их команда вскоре обнаружила каменные стены и развалины, в которых было шесть культурных слоев, что подтверждает свидетельство древних текстов о том, что Дварака строилась на руинах других городов. Экспедиция смогла обозначить границы древней гавани, были найдены печати с изображением различных животных, статуэтки бога Вишну и большие каменные треугольные якоря. Можно уверенно говорить, что здесь процветала морская торговля, — восторженно рассказывал помощник ученого.
— Где вы проводите поиски? — спросил Шайни, чье волнение увеличивалось по мере приближение к Дварке.
Помощник Бходжараджа достал планшет, вывел на экран карту Дварки и, указывая пальцем, сказал:
— Затопленные развалины были обнаружены здесь, неподалеку от современной Дварки на глубине пятнадцать-двадцать метров. Нам казалось, что мы нашли-таки Двараку Кришны.
— Почему только казалось? — спросил Шайни.
— Проблема в том, что датировка наших находок не совпадает с вашей датировкой событий «Махабхараты». У нас в команде опытные подводные археологи. Мы применяли геофизические методы исследований, использовали эхолоты, металлоискатели, изучили все дно и буквально просели все донные отложения. Всего мы провели двенадцать морских археологических экспедиций. Датировка образцов наших находок была проведена в Физической научно-исследовательской лаборатории в Гуджарате. Радиоуглеродный метод показал, что предметам, найденным нами, примерно три тысячи семьсот лет.
— Но это невозможно! По астрономическим данным война из «Махабхараты» должна была случиться около пяти тысяч лет назад! Это подтверждают и древнегреческие источники! — воскликнул Шайни.
— Вот именно! Эта находка у побережья современной Дварки не могла быть Дваракой Кришны, разница датировок в одну тысячу триста лет слишком велика! Но доктор Бходжарадж выдвинул идею, невероятно простую, которая поможет определить местоположение настоящей Двараки, — сказал ассистент.
— Что за идея? — спросил Шайни.
— Она опирается на данные об изменении климата из-за последствий ледникового периода, — ответил ассистент, обращая внимание Шайни на экран планшета. Там были два изображения береговой линии полуострова Индостан. Одно показывало то, как выглядел полуостров несколько тысяч лет назад, другое — его современное состояние.