— Люся поэтому убегала?
Он кивает.
— Я ей позвонил и сказал, чтобы ни за что к тебе не приближалась. Понимаешь, злодей тут не я. А этот жадный до своего богатства урод. Он не собирался отдавать деньги.
Эта новость как будто выбивает весь воздух у меня из легких.
— В Питере ждала облава. Федор Павлович чудом узнал и повернул.
Наконец вдалеке тормозит еще машина и я вижу, как из-за руля выходит Виктор.
— Один?! — кричит ему отчим.
Тот поднимает руки и оборачивается вокруг себя.
— Да!
— Я больше никогда не поверю тебе, мразь!
Даже отсюда я вижу, как Виктор улыбается.
— Знаешь, я еще в детстве понял, что мне не нравится обманывать с уродов!
— Где деньги?! — кричит отчим.
Виктор медленно приближается к нему и разводит руками.
— Деньги нельзя доверять таким как ты, иначе появляются заведения вроде клуба, а на экваторе происходят вооруженные восстания. Я просто инвестор и я вкладываюсь в перспективные компании, которые должны принести добро человечеству. Я не собираюсь за беззаконие отвечать. Деньги в надежных руках.
Наконец Виктор подходит достаточно близко к нам, и я вижу, как отчим вынимает пистолет.
— Ты их отдашь, если тебе дорога жизнь!
Виктор беспечно улыбается, шагая вперед. «Так наверное выглядели солдаты, решившие пожертвовать собой на войне», — мелькает у меня в голове.
— Или ее жизнь! — отчим пытается обернуться ко мне, но Виктор вовремя перехватывает его руку.
Проходит мгновение, во время которого я почти верю в то, что Виктору удастся захватить оружие, так ловко он выворачивает отчиму руку.
К дерущимся бросаются люди отчима, оставив свои дела.
В этот миг звучит выстрел и Виктор, схватившись за бок, оседает на асфальт.
«Карма», — вдруг читаю я по его глазам.
— Нет! — у меня закладывает уши от собственного крика.
Виктор просто не мог прийти и погибнуть чтобы не видеть того, как они убьют меня.
«Любовь с чувством самосохранения иногда совершенно несовместима», — проплывают у меня в памяти еще недавно сказанные мной же слова.
Гриша подхватывает меня под мышки и куда-то тащит. Все перед глазами мешается. Отчим отдает какие-то приказы дрожащим от напряжения голосом. Еще бы! Он только что выстрелил в очень богатого и известного человека.
«Уберите его!», «Избавьтесь» — вот что слышу я, когда меня затаскивают во внедорожник.
Несколько минут я отчаянно сражаюсь с кем-то, даже не различая своего противника.
— Анжелика, угомонись! — звучит голос Гриши, но сейчас мне безразлично.