Открытый финал не подходит: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Эгом! Самовлюбленностью своей! А он еще хотел предложение тебе сделать!

Сильно сомневаюсь. Мы с Иваном знакомы пять лет и два из них встречаемся. Ни о каком предложении речи не шло. А тут вдруг выясняется: хотел сделать. Видимо, потому резко испарился из моей жизни со словами: «Я понял, что мы совершенно не подходим друг другу!» А я-то и правда ждала. Думала: ну, вот еще немножко, и созреет мужик! Серьезно ведь у нас все.

— Правильно я его отговаривала, — заявила Валя. — Ну, какая из вас семья? Ты же к окружающим относишься исключительно как к вещам. Оцениваешь по степени полезности! Требовала бы с него зарплату раз в месяц, а потом отправляла в угол. А то и вазу с цветами в руки бы совала. Чтобы без дела там не стоял!

— Ммм, занятная идея, — протянула я. — Обязательно напишу об этом рассказ. Недалекое будущее, властная героиня…

— Ты вообще нормальная?! — взвыла Валя. — Ну и сиди на своей «подушке»!

И связь оборвалась.

Я посмотрела на потемневший экран телефона.

— Что ж у тебя батарейка не села? Был бы самый подходящий момент.

Люблю душевные вечерние разговоры.

На самом деле, Валя — человек незлой. И раньше мало вмешивалась в мою личную жизнь. Поэтому новость о том, что она в чем-то там убеждала Ваню, слегка выбила меня из колеи. Начнем с того, что они где-то встретились без меня, потому что я такого разговора уж точно не забыла бы…

Воображение тут же нарисовало картину, как Ваня с Валечкой мирно пьют кофе в «Вишневом джеме» — чудесной уютной кафешке, мимо которой я прохожу по вечерам, когда возвращаюсь домой с работы.

И вот, значит, сидят они за круглым столиком темного дерева, на диванчиках с высокими спинками, у самого окна, украшенного уже по-новогоднему — звезды и месяц на веревочках, гирлянда дождиком и смешные тряпичные олени в ватном «снегу» на подоконнике… А тут, значит, я. И вот Ваня давится кофе, корчит Вале рожи, и сестрица резво ныряет под столик. В этот момент мимо обязательно должна проходить официантка. И Валя ей, конечно, объясняет, что потеряла заколку. Или брошку-сережку.

Подождите, а почему я не замечаю Ваню? Видимо, он резво самоустраняется в уборную… Или к барной стойке — за пироженками. Там, в «Вишневом джеме», готовят чудесные корзиночки с нежным безе… Тьфу, чтобы я еще раз туда пошла!

В общем, мысли мои весь остаток вечера крутились, как грампластинка, возвращаясь к одному и тому же сюжету.

Плюнув на все, я выпила бокал вина и завалилась спать.

Ничего удивительного, что после всего случившегося я попала в лесную хижину.

Не то, чтобы это было похоже на сон. Хотя погода здесь никогда не менялась. Как и время суток: всегда ночь и всегда зима. За окном — сплошная стена из елок и сосен, таких огромных, что, казалось, именно на них держится небо, а мохнатые верхушки усыпаны звездной пылью. Хижина стояла на склоне горы, и это все, что я знала: никогда не уходила от нее далеко. Так, только прогуливалась, чтобы сосредоточиться.

В хижине имелись четыре комнаты и сухой подвал с множеством полок вдоль стен. В доме не пугали тени и шорохи, за окном не шумел ветер, не скрипели деревья и не выли вдалеке волки. В общем, место больше всего походило на зарисовку. Луна огромная, идеально-желтая, без пятен, так и заливала хижину бледно-золотистым светом. Заснеженные деревья стояли так тесно, что казалось, будто пространство между ними было закрашено чернилами. Наверное, поэтому у меня никогда не возникало желания куда-то уходить — просто не верилось, что «зарисовка» простирается далеко. Не хотелось дойти до «края листа»…

В хижине всегда горел камин, было тепло, и в любой момент можно было приготовить кофе. Правда, растворимый. Им была наполнена красная жестянка в белый горох с надписью «кофе» на одном боку и «kohv» на другом. Была еще большая фигурная банка с ярлыком «сНежный кофе» и указанием: «Изготовлено в г. Сиреневске». Город и марку я когда-то придумала сама — для одного из первых своих романов. Очень удивилась, увидев банку здесь.

Еще в хижине жил дымоватый кот. Странное существо из другого моего произведения — неудавшегося новогоднего рассказа. Я все хотела переписать концовку, но откладывала и со временем как-то потеряла интерес, переросла.

А дымокот вот остался. Пушистейшая зверюга с роскошным хвостом и кисточками на ушах. Он всегда встречал меня в кресле-качалке у камина. У него там было гнездо, свернутое из пледа. Но вообще кот отличался самостоятельностью. И если ему надоедала моя компания — он просто превращался в дым и исчезал. Его часто можно было обнаружить на чердаке, на лежанке у круглого окна. Или на подоконнике на кухне. Кот смотрел в окно — к нему прилетал из леса приятель-дятел. Ну, а чему удивляться? Если в зарисовке живет кот, почему бы там не оказаться и дятлу? Хотя понятия не имею, из какого произведения он взялся.

В общем, не то чтобы я попадала сюда в плохом настроении. Обычно хижина появлялась, когда у меня начинался творческий кризис. Хотя одно с другим связано, конечно.

Ну и вот. Видимо, неписец подкрался незаметно. Предновогодний, так сказать. Вечно у меня под новый год сюжеты получались какие-то скомканные, натянуто-веселые. Ну, вот, а в хижине мне работалось легко и сколько бы времени я там ни провела — просыпалась всегда в семь утра в своей постели по звонку будильника. И потом легко записывала все то, до чего додумалась.

Мой путь всегда начинался за дюжину шагов от крыльца, у покосившейся ограды из простых, грубо отесанных досок, которые были приколочены к редким вбитым в землю бревнышкам. На одно из таких бревнышек, у самой скрипучей калитки, был насажен щербатый глиняный горшок. Мне все это напоминало кадр из какой-то компьютерной игры.

Калитка обычно бывала открыта, но сегодня случилось иначе. На горшке сидел нахохлившийся, почти круглый филин. Этого джентльмена я прежде не видела. Я удивленно посматривала на птицу, птица настороженно следила за мной и, когда я попыталась открыть калитку, вдруг расправила неожиданно длинные крылья и натурально зашипела.

— Эй! — возмутилась я. — Вот только не надо переигрывать!

Филин щелкнул клювом, обиженно сложился обратно в свою колобковую версию и отвернулся от меня с видом уязвленного достоинства.

— Ну, извините, — пробормотала я.

От калитки к крыльцу вела протоптанная неведомо кем тропинка. Я прошлась по ней, оглядываясь на филина. Тот вывернул голову и следил за мной одним приоткрытым глазом. Надо же, какие мы неприветливые. Может, ему молока вынести? Пьют филины молоко?

На крыльце, за корзиной для дров, обнаружился дымокот. Глаза его сверкнули красным. Кот бросился мне наперерез и зашипел, выгнув спину.