Парк Йойоги, храм Мейдзи
Токио, Япония
— Что ты тут делаешь, Кира? — спросил Горо, разрезая на мне паутину. Он помог мне встать. — Твоя мама сказала, что ты поехала в Токио, но ты должна быть дома за чарами защиты, которые я оставил на доме твоих родителей!
— Чары защиты мне не помогут, — мой голос дрожал. — Ты не слышал… о…?
Дедушке.
От одной мысли я всхлипнула. Звук вылетел из моей груди как цунами. Я бросилась в руки Горо, переполненная эмоциями. Он обнял меня так крепко, будто тут был дедушка. Ощущения были почти такими же.
Горо опустил ладонь на мою макушку.
— Знаю. Глава звонил этим утром.
— Мне жаль, — сказала я сквозь слезы. — Я не смогла его спасти.
— Не нужно, — мягко упрекнул меня Горо, отодвинул на расстояние вытянутой руки, сжав мои плечи. — Я знал Хииро лучше всех, и он был бы рад отдать свою жизнь за твою. И если грядет кровавая луна, даже я не смог бы остановить монстров Шутен-доджи. Понимаешь?
— Я знаю, но…
— Никаких но, — сказал Горо. — Ты ничего не могла поделать, пока ты такая. Если хочешь пережить кровавую луну, тебе нужно стать лучше, хм? Сильнее меня, сильнее своего дедушки. Ты должна подготовиться к будущему, почтить жертву Хииро.
Я всхлипнула и быстро поклонилась.
— Кира! — Широ бежал по дорожке, привлек наше внимание. Они-чан обычного размера бежал рядом с ним. Широ заметил труп йорогумо и остановился, посмотрел на Горо и меня. — Спасибо, Горо-сама, — сказал Широ с поклоном. — Я сожалею, что не смог защитить Киру, и вам пришлось вмешаться.
— Пустяки, малыш, — улыбнулся Горо. — Эти старые кости за десятки лет не видели такой активности. Идемте. Мои служители разберутся с бардаком. Нам троим нужно многое обсудить. Но, — Горо указал на Они-чана, — тебе придется подождать снаружи, некомата. Уверен, ты понимаешь.
Они-чан зарычал и прижал уши, но Широ присел и почесал его под подбородком, смеясь.
— Будешь хорошим, и тебя будет ждать целый лоток якитори, понял?
— Мяу? — Они-чан тряхнул двумя хвостами, глаза хитро сияли.
— Ладно, — Широ поднялся на ноги. — Договорились.
Горо рассмеялся. Он пошел к храму и сказал:
— Не стоит заключать сделки с некоматой. У кота хвостов на два больше, чем у тебя.
Широ покраснел так сильно, что было заметно даже в тенях.
— Я… т-то есть я…
— Идемте, — сказал Горо. — Идеальная ночь для хорошей чашки чая.
Широ ворчал под нос, пока мы шли за Горо. Одно пушистое белое ухо старшего кицунэ отклонилось, его улыбка стала волчьей. Он провел нас под главными тории на земли храма. Деревянная ограда храма казалась хрупкой, но я напомнила себе, что не ограда или стены храма отгоняли демонов. Чистота этих земель отгоняла многих ёкаев.
Должна была.
Мы прошли во двор, озаренный традиционными каменными фонарями. Их оранжевое пламя ярко сияло, передавая тепло моему духу. Мягкий свет озарял деревянные стены Мейдзи и бирюзовую черепицу. По сравнению с другими храмами, которые я видела, храм Мейдзи был с тихим величием, у него не было ярких красок храма Хейан или алых ворот храма Фушими Инари, но этот храм легко превосходил их. Место было идеальным для прославления императора Мейдзи и императрицы Шокен. Их присутствие успокаивало меня, напряжение покинуло мышцы, и боль от укусов пауков ослабла. Тут приспешники Шутен-доджи не могли мне навредить.
— Я еще не бывала в храме Мейдзи, — тихо сказала я, проходя мимо жрецов и мико храма. — Тут красиво.
— Мне нравится, — Горо поманил нас сойти с веранды и пересечь дорожку. — Но Токио не сразу будет ощущаться как дом. Я жил в Киото больше сотни лет, по той земле ходили божества, и я привык слышать их голоса на ветру, когда прислушивался. В Токио слишком шумно для этого.
Мы прошли за Горо в личный домик на землях храма. Он ввел код возле решетки из сосны, и она отодвинулась, впуская нас. Сад за ней не был большим — десять на десять футов — но жизнь была всюду. Листья и цветы ниспадали из глиняных горшков, которые выглядели как сделанные своими руками. Горо любил творить из глины, и, похоже, он продолжил дело в Токио.