Улыбнувшись, я сложила крыло. Джейд вроде как отдышалась и в моральной поддержке более не нуждается.
- Враг появился внезапно, и, к счастью, не дал мне возможности использовать призыв.
- К счастью? - Удивленно переспросила Чума.
Мысленно вернувшись к недавней схватке, я представила, как призываю фестралов, стоя в защитной сфере, и они являются. А Найтмер, превратившийся в лезвийный смерч, устраивает кровавую бойню, наслаждаясь каждым достигающим плоти ударом и мимолетным криком боли. И кто знает, какую гадость он мог призвать в ответ? Еще и похуже «Шепчущего марева».
- Да, к счастью, - кивнула я, тряхнув гривой, - потому что, примени я «призыв», площадь и ближайшие тени сейчас были бы усеяны телами моих детей.
Кобылицы переглянулись, и впечатленные фестралы вокруг встревоженно зашептались. Голод, однако, был слишком занят нехитрым приспособлением, которое грозило оставить его голодным.
- Джейд, сними это. - Фесликорн потыкал копытом в намордник.
- Ходи так, дракозавр, - ощерилась поняшка, - я испугалась, обиделась и обозлилась.
Я удивленно хмыкнула: если уж в спокойном состоянии Джейд создает очень добротные заклинания, то на сильных эмоциях она и тем более может выдать нечто магично-монолитное, и тогда стороннему магу придется покорпеть над отколдовкой.
- Не, ну вы видели? - Возмутился Голод. - Ах ты ж мелкая зараза! Снимай немедленно, не то отшлепаю!
Набычившись, он шагнул к Джейд.
- А самому слабо? Тоже мне, «живая легенда»! - Джейд моментально юркнула за меня как за щит и показала язык обалдевшему от такой наглости Голоду.
Коньфликт грозил стать неразрешимым, но выход нашла безмолвная воительница: элегантным взмахом длинного меча она вслепую рассекла намордник от уха до носа Голода, не затронув ни единой шерстинки на морде брата. Еще осыпались наземь угасающие искры разрушенного заклятия, а меч уже беззвучно ушел в ножны.
- Что ж, раз боевые действия не нужны, - кивнула фесликорн в скелетной броне, - принимаем мирный облик.
Все четверо соприкоснулись рогами, и меж концов их словно воссияла маленькая яркая луна. Импульс энергии пронесся по виткам рогов и влился в тела, стремительно растворяя устрашающие ипостаси фесликорнов.
Я незаметно шагнула чуть в сторону, чтоб Джейд было лучше видно. Единорожка, изумленно раскрывшая глаза, так и застыла на месте. И не только она - над площадью с десятками очевидцев воцарилась священная тишина.
Лунный свет сплетается затейливыми узорами, преломляясь мерцающим калейдоскопом в изгибах и гранях костей четырех хрустальных скелетов, мягко сияющими бликами играя на позвонках и ребрах, концентрируясь яркими сгустками магии в глубоких глазницах. Еще миг, и от зубов до кончика хвоста каждого фесликорна промчались магическим штормом искрящиеся потоки, формируя новый их облик.
Темно-фиолетовый жеребец материализовался первым и покровительственно распростер крылья над сестрами, словно оберегая их от вероятных атак. Желтые глаза его грозно сверкнули в ночи, а по крыльям скользнули сполохи «северного сияния».
Следующей из магических завихрений явилась пепельно-серая кобылица с черными крыльями и изящными светлыми полосами, косо расчерченными по всему телу. Казалось, ее ярко-голубые глаза по-прежнему скрыты белой повязкой, но это была лишь белая шерсть на веках и висках. Тело фесликорна укрывала накидка, подобная предутренней дымке.
Вторая дочь не заставила долго ждать своего явления. Приглушенно-белого цвета шерсть, кроваво-красная пышная «манишка» на груди и красная полоса по спине, в сочетании с желтыми перепончатыми крыльями делали ее очень приметной даже ночью, а проницательные зеленые глаза, казалось, с первого взгляда замечали все болезни, изъяны и пороки.
Последней обрела черты Хранительница душ - глаза, мерцающие подобно звездам, лучились умиротворением и гармонией, а по черному телу и серебристо-туманным крыльям скользили переливающиеся искорки, то и дело складываясь в причудливые созвездия.
Завершая сотворение, оставшиеся потоки энергий сформировали сияющие лунным светом хвосты и гривы всех четверых фесликорнов.
По площади прокатились многочисленные восторженные выдохи и хлопки крыльев.
- Олуне-е-еть… - Глубокомысленно выдала Джейд, стоящая как вкопанная и с остановившимся взглядом. Дабы заставить ученицу очнуться, я повела крылом у нее перед мордой. Помогло - пони встряхнулась и шумно вдохнула.
Жеребец тихо сложил крылья, и скользившие по ним переливающиеся радужные сполохи постепенно затухли. Фесликорны вновь поклонились мне.
- Мать Ночи, мы готовы служить. - Молвила черно-звездная кобылица.
Ненадолго задумавшись, я заметила, что весь мой народ замер в тишине, ожидая новое слово Матери.
- Стеллар Нокс, займись умершими, помоги их душам найти новые пути. И направь обратно в тела души тех, кого еще можно вернуть к полноценной жизни.
- Да.
- Лунар Эклипс, после моей битвы очень много разрушений и жертв. Разбери завалы, исцели всех, кого найдешь живым. Используй свои силы и все средства, не противоречащие «Этике мага». И это. - Я вытряхнула из тени припасенные «целители». - Стекло с заклятием лечения. Изучи, размножь, распространи среди всех пострадавших.