«Милые дети, идите за мной, в земли, каких нет прекрасней»… - Мелодично прозвучал в подсознании отголосок далекого прошлого. Отвернувшись, я прикрыла глаза.
- Мам, погоди.
Пегасик, сидящий в объятиях матери, тянется ко мне. Я склоняюсь к нему.
- Принцесса Луна, почему вы плачете? - По-детски заботливо и серьезно малыш вытер передними ножками слезы с моих щек, затем обхватил за морду и прижался к носу. Его трепетное дыхание было щекотным и теплым. - Не плачьте.
- Спасибо, Тинко. Постараюсь. - Печально усмехнулась я и медленно вытащила морду из объятий малыша. - Отпускай, я должна еще многим помочь.
Счастливые родители уходят, Тинко лежит на спине отца, обнимая его шею.
Слышу плач, резкий, надрывный, где-то недалеко. Быстро озираюсь, прислушиваюсь, пытаясь сориентироваться на звук. Телепортируюсь к перекрестку, обхожу дом.
Старая кобыла, рыдающая над телом, наверное, сына. Плед сполз с ее спины, обнажая худые вздрагивающие плечи и разметавшиеся длинные седые пряди. Сидящая рядом юная кобылка тоже всхлипывает, дрожащими копытами складывая стетоскоп. На земле валяются наспех снятые доспехи королевского гварда.
- Что произошло? - Тихо интересуюсь, подходя ближе и стараясь не выдать весь испытываемый ужас сопереживаний, не показать, как страшно мне самой видеть страдания моих пони.
Беленькая единорожка вздрагивает и намерена пасть на колено, но я не позволяю ей этого и, удержав на ногах, повторяю вопрос.
- Я-я исцелила все его раны, но не успела, и он умер. Простите, принцесса Луна. - Кобылка расплакалась, стыдливо отвернувшись.
Умер? Душа не захотела возвращаться в исцеленное тело. Или не смогла?
Прикрыв глаза, «сдвигаю» зрение на астральный уровень. Поодаль у рухнувшего дома стоят рядышком несколько светлых пони, спокойно взирающих на суету вокруг себя. Они не реагируют, когда случайно кто-то пробегает сквозь них. Исходящее от их ауры ясное чистое сияние подсказывает, что тела их давно мертвы, а души с наступлением рассвета уйдут дорогой облаков.
Возле безутешно рыдающей кобылы я вижу серого пони. Он пытается обнять ее, но его копыта проходят через плечи, не касаясь их. Пони с недоумением смотрит на свои ноги, затем оглядывается вокруг. Он серый, значит, еще не осознал, что умер. И пока что его можно вернуть к жизни.
Наши взгляды встречаются. Призрак видит мою сущность, настолько, насколько я позволяю ему.
«Моя мать… Почему я не могу быть с ней?»
Я осторожно шагнула ближе.
«Тебя немного выкинуло из тела, и сейчас ты призрак. Хочешь, я помогу тебе вернуться?»
«Да, принцесса Луна, верните меня».
«Это может быть больно. Но ты… обещай жить».
«Обещаю». - Прозвучало шелестом увядающих листьев.
Захватив призрака магией, я сжала его в крохотное зернышко жизненной силы и добавила чуть от себя, чтоб поддержать погибающего. Наклонившись к телу, бережно направила мерцающую искорку жизни в грудь.
Старуха с суеверным страхом смотрит на мои действия. Единорожка переминается с ноги на ногу, все порываясь что-то спросить, но поднимая взгляд на меня, робеет. Заметив, как по безжизненному телу пронеслась светлая волна, я удовлетворенно кивнула и рассеяла магию астрального зрения.
Протяжно застонав, пони взбрыкнул и неожиданно громко чихнул. Я с любопытством наблюдаю за оживающим.
- Осторожнее с восторгами, он слишком слаб для бурных эмоций. - Предостерегаю на всякий случай. Плачущая мать, не смея поверить счастью, прильнула к сыну.
- Мисс, - обратилась я к пони со стетоскопом, - позаботьтесь, чтоб его перенесли в безопасное спокойное место.
- Да, Ваше Величество.
Я уже уходила, но обернулась, ощутив движение позади. Глаза старой кобылы сияли в ночи прекраснейшими топазами.
- Принцесса Луна, спасибо вам…
Она поклонилась в ноги. Мне стоило огромных усилий не разрыдаться самой. Сев, я приобняла старуху, телекинезом подняла забытый плед и накинула на ее плечи.