Когда после долгого дня я возвращаюсь домой, потребность в пробежке в парке накрывает меня. Мне необходимо очистить свой разум, сосредоточиться на чем-то простом. Например, услышать чужой голос через наушники.
Как только одеваюсь, выхожу и начинаю бег с улиц моего квартала. Я бегу вдоль тротуара, мельком замечая семьи в окнах домов. Дети, подпрыгивая, бросаются к своим родителям, смеясь и улыбаясь. Я пробегаю мимо пожилой пары, которые сидят на крыльце, держась за руки, и улыбаются мне.
Добираюсь до парка, не останавливаясь ни разу. Бегу своим обычным маршрутом, мимо пустой в это время детской площадки и тихого безлюдного берега озера. Проверяю свой фитнес-браслет, замечая, что пробежала уже около пяти километров.
Следую за поворотом тропинки и добегаю до деревьев магнолии. Замедляю свой темп, останавливаясь посредине дорожки. Наклоняюсь, опираясь руками в колени и пытаюсь перевести дыхание.
Я позволяю себе отдохнуть и посидеть на одной из скамеек. Солнце практически село, и сейчас голые деревья отбрасывают тени на тропу, отчего на ней качаются и танцуют темные фигуры. Они напоминают мне мультяшных призраков.
Знаю, что должна начать двигаться снова, чтобы не терять темп, но что-то не позволяет мне уйти. Чувство спокойствия, которое я не готова отпустить. Чувство сопричастности, которое я не испытывала в течение нескольких недель. Я сижу и стараюсь поглотить столько, сколько могу, зная, что как только уйду отсюда, одиночество снова возьмет верх.
Провожу так еще несколько минут и заставляю себя встать. Одна нога, затем другая — начинаю медленной трусцой, а после перехожу на полноценный бег.
Как только вхожу в свой дом, начинаю снимать одежду. К тому моменту, когда добираюсь до ванной, на мне остаются только трусики и спортивный лифчик. Настраиваю воду в душе максимально горячо, как только могу выдержать, и помещение начинает наполняться паром. Протираю зеркало полотенцем и смотрю на свое отражение. Я выгляжу усталой и знаю, что это не просто от бега. Я истощена и боюсь, что это будет происходить и дальше, если буду продолжать в том же духе.
Я никогда не думала, что буду чувствовать себя более одинокой, чем в первые несколько ночей после смерти Бена. Никогда я не чувствовала себя такой подавленной, такой испуганной, как тогда. Я бы, наверное, до сих пор так себя чувствовала, если бы Бен был единственной любовью, которую я потеряла.
Теперь жить с двойной утратой почти невыносимо.
Сегодня я хорошо напрягла свое тело бегом, чтобы легко заснуть. Если бы мой разум так же устал, как и тело, шанс был бы хорошим. Я остро нуждаюсь в этом каждую ночь в течение последних нескольких недель. В определенности. Вере. Понимании. В уверенности в том, что я сделала все правильно.
В завершенности.
После душа я надеваю шорты и футболку. Завязав волосы на макушке, ложусь в постель, ворочаясь, пока не нахожу удобную позицию.
Чувствую, что мое тело, наконец, расслабляется, а веки тяжелеют.
Прежде чем полностью погрузиться в сон, я тихо прошу Бена прийти.
Глава 24
Оттенки зеленого и розового качаются на легком ветру, шелест ветвей — единственный звук, который я слышу. Со спины дует легкий ветерок, отчего мои волосы взлетают к лицу. Я смотрю на свое запястье и нахожу резинку для волос — как раз то, что мне нужно. Убираю волосы с лица и завязываю в хвост.
Я сижу на деревянной скамье и терпеливо жду. Обычно для появления Бена требуется всего лишь момент, но на этот раз ожидание дольше обычного. Легкая паника начинает расползаться по моему позвоночнику, отчего ощущаю на плечах тяжесть. Я ищу вокруг, смотрю, жду.
Наконец, вдалеке вижу его. Одетый в черное, Бен бежит в мою сторону. Я встаю со скамейки и, подняв обе руки, размахиваю ими в воздухе, давая понять, что я здесь. Он продолжает бежать, все ближе и ближе, но затем поворачивает налево и убегает в другом направлении.
— Эй! Куда ты? — Я кричу ему вслед.
Бен не оглядывается назад. Он просто продолжает бежать все дальше и дальше. Я пытаюсь свистнуть, положив два пальца в рот, но звук едва слышен. Раздраженная, я готова снова кричать ему вслед, но голос позади останавливает меня.
— Ты никогда не умела свистеть.
Я поворачиваю голову и вижу, как Бен небрежно сидит на скамейке, одна нога лежит на другой, руки сложены на животе. Он улыбается, почти смеется.
Я смущаюсь и моргаю. Оглядываюсь туда, где видела его бегущим всего несколько секунд назад, но теперь местность пуста, только деревья и трава. Человек в черном пропал. Я указываю туда, оглядываясь на Бена, одетого в легкие джинсы и белую футболку с надписью «Чикаго Кабс».
— Как ты это провернул?
— Что провернул?
Я стою несколько секунд, потом качаю головой, решив забыть об этом и сосредоточиться на Бене. Я приближаюсь и сажусь рядом с ним. Бен поднимает руку, обнимает меня за плечи и прижимает к себе.
— Где ты был? — тихо спрашиваю я, поднимая руку и переплетая наши пальцы.
— Что ты имеешь в виду? — Бен поворачивает голову в мою сторону.
— Я ждала тебя, — говорю я ему. — Неделями. Почему ты не приходил?