— Спасибо, — буркнул Шатохин. — У меня в октябре этот день…
— С тебя причитается. Как будешь расплачиваться? — такими словами встретил фотомастера Шатохин.
Недоуменное выражение возникло на смуглом лице Кортунова.
— Проданы твои доски. Хорошо проданы. — Шатохин сделал шаг к гостю, вложил в руку незапечатанный конверт. — Половину получил, теперь вторая половина. Доволен?
Шатохин знал, что делает. По заключению специалистов обе взятые под залог иконы принадлежат к псковской школе и написаны во второй половине восемнадцатого века. Музейная комиссия определила бы цену каждой в пятьсот-семьсот рублей. А уж на черном рынке могут дать и в два, и в три, и в пять раз больше. В зависимости от того, кто и кому продает. Хочешь — не хочешь, нужно со всем этим считаться. Пока у Кортунова не пропало желание побыстрее перевести иконы в деньги.
И без слов видно: Кортунов доволен, еще как!
— Так что, Игорь, шампанским угощаешь? — подсказал Шатохин, какого именно расчета ждет.
— Да, да, конечно. — Кортунов вдруг засуетился, сунул конверт в один карман, вынул, переложил в другой.
…В ресторане заняли тот же столик, за которым разговаривали четыре дня назад.
Кортунов не скупился, к закускам заказал три бутылки вина. Шатохин затевать деловой разговор не торопился. Он знал, что ни в воскресенье, ни в понедельник, ни нынче, несмотря на погожие дни, в Березовой роще фотограф не появлялся. Провел вчера полдня на фабрике, потом в обществе двух девиц был на пляже. Кортунов откупорил бутылку и разлил по бокалам вино. Поднял свой бокал, предложил тост: «За вас».
Он был в настроении, ему все нравилось. Чем дольше сидели, тем уютнее чувствовал себя Кортунов.
Шатохин решил, что самое время возобновить прерванный им в воскресенье разговор.
— Так, Игорь, — начал он, — в прошлый раз не договорили. Не забыл, надеюсь, о чем?
— Нет, конечно, — быстро отозвался Кортунов.
— И сколько можешь предложить?
С ответом фотограф медлил.
— А если я скажу: двадцать? — вопросительно посмотрел на Шатохина.
— Хм. Однако же… Откопал ты где-то золотую жилу.
Шатохин делал вид, будто его удивило такое количество.
Грабителями взято семьдесят шесть икон. У Кортунова — почти треть. Значит, поделили поровну? Четвертого в доле не было?
— Солидно — двадцать, — продолжал Шатохин. — Хорошо бы и эти были не хуже последних трех.
— За это будьте спокойны, — Кортунов легким щелчком выбил из пачки сигарету, — лучше есть.
— Лучше?
— Даже намного.
— Тогда, может, смотаемся, посмотрим?
— Далеко ехать.
— Такси возьмем.
— Да не в городе они.
— Хорошо. До завтра, до второй половины дня отложим.
— Не получится. Через две недели, не раньше.