«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мрачно нахмурившись, устремив в пространство суровые взгляды, сидели летчики в своей кабине, и только стюардессы продолжали неслышно ходить по салону, разнося воду, подавая последние остатки лекарств, кому-то массировали сердце, кому-то делали укол. Некоторым пассажирам стало плохо.

Белинда, не скрываясь и не выпуская из руки пистолет, вколола себе уже третью за эту ночь порцию и теперь боролась с разными видениями, плывшими перед глазами.

Утиный Нос, казалось, не испытывал ни малейшей усталости. Он так же внимательно следил за пассажирами.

Ру словно окаменела. Она перекладывала невесомое тельце спящего ребенка с одного колена на другое и тяжелый пистолет из одной руки в другую.

И только Рокко неутомимо сновал по самолету, следя, чтобы не расслабились его помощники, подбадривая их короткими фразами, поглядывая на часы, периодически напоминая летчикам, что срок ультиматума истекает, и, возможно, следующей жертвой он выберет кого-нибудь из них.

На щеках его выступила иссиня-черная щетина, глаза ввалились, но пистолет он держал твердо, и движения его не утеряли ни силы, ни стремительности.

И вот наступил момент, когда на командном пункте увидели, как из густого мрака, усиленного тенью самолета, трижды мигнул карманный фонарик — «Все готово для атаки».

Казалось, прошла вечность, и на командном пункте мигнули три ответные вспышки — «Начинайте атаку!»

Операция по освобождению самолета началась.

Глава VIII. РАБОТА КАК РАБОТА

Какой здесь чистый таежный воздух!

Это я так думаю — таежный, потому что в тайге я в общем-то не бывал. Да и далеко она от аэродрома. Но вот так почему-то мне кажется.

Мы с Ленкой давно мечтаем путешествовать. Иногда даже намечаем на карте маршрут. Вадима это оставляет равнодушным. Он энергично подключается лишь тогда, когда мы проделываем наши заочные путешествия на глобусе. Тут другое дело! Глобус вертится, вдоль него какая-то блестящая железка. Все это жутко интересно, и Вадим не может остаться в стороне.

А мы с Ленкой хотим попасть в Прибалтику, в ее старые уютные городки, в дюны вдоль бесконечного песчаного пляжа, хотим в Тбилиси, Ереван, Баку — восточные шумные столицы, посмотреть древние храмы и музеи, подняться в горы, спуститься к волнам жаркого Черноморья, мы хотим побродить меж Карельских синих озер, по молдавским зеленым холмам, по уральским горам, пожариться на солнце в Бухаре и Самарканде. И вот — в тайгу, которой нет конца и края. Которая прямо пугает своей необъятностью, как вселенная.

Как-то я присутствовал при разговоре одного моего друга — инструктора самбо и дипкурьера — его друга.

Этот дипкурьер объехал весь мир, полсотни стран, наверное. В Париже побывал, в Нью-Йорке, в Африке, в Южной Америке, в Астралии… Всю жизнь в пути. А мой друг объехал весь Союз. Так вот, он того дипкурьера спрашивает:

— Ты омуля на Байкале ел? Нет? А вино прямо в подвалах в Молдавии пил? Тоже нет? А восходы в Петропавловске-на-Камчатке наблюдал? А заходы в Заполярье? И на Памире воздухом не дышал? И по Алтаю не ходил? И Ташкент не видел? Так, что ж ты видел, дорогой? Ты же красоты земли не знаешь!

Ну, нью-йорки, парижи — бог с ними. Тут свою-то страну объездить жизни не хватит. Но, как говорится, к этому надо стремиться.

Вот мы с Ленкой и стремимся. Пока по карте.

Впрочем, я-то кое-что все же повидал. Это когда был в армии. Я служил в воздушно-десантных частях. Это удивительные войска. Там проходишь такую школу, что на всю жизнь десантником остаешься. И не только по приобретенным навыкам и умениям, а в душе. Сам черт тебе не брат! Десантники ничего не боятся. Между прочим в милиции немало есть нашего брата-десантника. Я-то после демобилизации, когда мне предложили в МВД идти, не сразу согласился.

Помню, пригласили тогда на беседу, опрашивает меня полковник:

— Пойдешь к нам служить?

Честно признаюсь, я тогда и представления не имел, что такое милиция — недооценивал, помню, меня ею бабка в детстве пугала, когда я каши не хотел есть.

Но на полковника этого милицейского смотрю с уважением, поскольку у него орденских планок в пять рядов и парашютный значок с цифрой «100».

— А что буду делать? — спрашиваю.

— Что захочешь, — улыбается, к чему склонность есть. У нас для каждого работа по душе найдется.

— У вас, товарищ полковник, — говорю, осмелев, — наверное, все больше бумажки писать надо, протоколы, штрафы. Или шпану ловить. Это не очень интересно…

— Ну, почему же, бумажки, — усмехается. — У нас и еще кое-какие дела бывают. А насчет шпаны, — вздыхает, — хорошо, если бы только шпана! Да, к сожалению, и другие у нас людишки есть. Посерьезнее.

— Не знаю, — говорю.

— Вот что, сержант, ну, что мы с вами будем друг друга уговаривать. Мы тут экскурсию в нашу школу устраиваем. Посмотрите все своими глазами. Тогда и поговорим.