«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А если бы она вышла не одна?

— Они могли отменить операцию. Но этого не случилось. Ирина Евгеньевна села либо в такси, либо в поджидавшую ее машину.

— Рискованно. Кто-то мог все-таки увидеть, запомнить номер.

— Ну, во-первых, номер можно заменить. Во-вторых, если найти таксиста, что он скажет? Высадил где-то в центре, а если таксист соучастник — ответ станет вообще расплывчатым: много дней прошло, сотни пассажиров и так далее, и тому подобное. В крайнем случае, узнает Велихову по фотографии: вроде — похожа, вроде — нет.

— Спасибо за чай, Сергей Анатольевич, — Скобов поднялся. Выйдя в прихожую, заметил: — Здесь у вас не особенно развернешься и, если будут стрелять в дверь, спрятаться почти некуда. Но с четырнадцатого этажа трудно сматываться. Второе неудобство — масса соседей, — Скобов усмехнулся. — Так что, я бы предпочел подкараулить вас в другом месте. — До свидания, Сергей Анатольевич. Будем держать связь.

— Вот с этих документов надо снять по две ксерокопии, — Мелешкевич смотрел поверх очков.

Саблин согласно кивнул и стал собирать бумаги со стола, аккуратно укладывая их в папку.

— Да, совсем забыл, Сергей Анатольевич! С утра звонили из профкома, вам нужно заглянуть туда обязательно сегодня. Вы ведь у нас профорг, не забыли еще?

— По какому поводу? И к кому?

— В бухгалтерию профкома. Нам выделили одну путевку в Кисловодск, и надо решить, кому ее дать. Заодно взносы заплатить.

В бухгалтерии профкома Саблин застал всезнающую Леночку Белякову и институтского фотографа Ветлугина. На столе перед ними были разложены большие фотографии. Кивнув Ветлугину, Саблин обратился к Беляковой:

— Привет самой жизнерадостной женщине нашего института.

Саблин не кривил душой. Он никогда не видел грустного, озабоченного, просто серьезного выражения на хорошеньком, очаровательно румяном Леночкином лице.

— Они тут все жизнерадостные — на профсоюзных харчах, — ухмыльнулся Ветлугин, колыхнув своим не погодам объемистым животом.

— Да какие у нас харчи? Сплошная нищета. Институт половину профилактория продавать собрался. Вон снимков наделали в рекламных целях. Вы ко мне, Сережа?

Саблин молча показал зажатую в руке пачку профсоюзных билетов.

— Можете подождать, или вам срочно?

— Глядя на вас, можно ждать целую вечность.

— Тогда ждите, — весело бросила Леночка. Играя бедрами, она обошла вокруг стола с фотографиями.

— Вот, Ветлугин, учитесь говорить приятное женщинам. В самом голосе Сергея Анатольевича всегда чувствуется искренность, даже нежность. И никакого намека на пошлость.

Ветлугин, поглаживая жидкие усики, понимающе подмигнул Саблину. Затем, заметив, что тот разглядывает снимки, огорченно бросил:

— Сегодня половину, а завтра все сбагрят какому-нибудь разжиревшему кооперативу. А жаль, — вздох был глубокий, искренний. — Чертовски жаль расставаться с институтским публичным домом. Сколько в нем наше, и не только наше, начальство победокурило. Да и мы, простые смертные, оставили там на непыльных и мягких дорожках свои скромные следы.

Леночка выдвинула верхний ящик стола, и Саблин неожиданно увидел в углу увеличенное фото Велиховой.

Белякова, перехватив взгляд Саблина, взяла снимок в руки.

— Был человек — и нет человека. Вы ведь ее знали, Сережа?

— Приметная дама, — ответил за Саблина Ветлугин. — Хотя снимок не очень удачный, — добавил он. — Навозился я с этими траурными портретами. Приносят совсем не то. Чуть ли не каждую неделю похороны в институте…

— Да-а, — подтвердила Леночка, — мрут наши пенсионеры. Особенно когда их собираются увольнять.

— Заберу я эту фотографию в свой архив, — Ветлугин критически осмотрел ее еще раз и спрятал в свою плоскую сумку.

— А вот снимок удачный! — воскликнула Леночка, доставая из того же ящика небольшую цветную фотографию. — Посмотрите, какие краски, какая четкость, глубина, сочность! Я правильно выражаюсь, Гриша?

Ветлугин покрутил фотографию в руках.