Сева по целым дням пропадал в городе. Он занимался сразу тремя делами: искал квартиру, пытался установить контакт с подходящей «затыкальщицей» шампанских бутылок и теперь еще должен был искать сто сорок четыре бутылки коллекционного напитка… Да в принципе — имелось ли столько в Москве?!
Но Сева не думал унывать. Вечером он приезжал бодрый, как после физзарядки. Хохотал, рассказывая о своих временных неудачах. Это все была для него игра. И когда Надька упрекнула его в этом, ответил:
— Ну и что, родная? Я тебе все сделаю. Только относиться к этому всерьез… как-то противно!
— Ага, — Надька сердито кивнула, — противно, как нищему гривна!
— Нет, Надик, раз мы с тобой авантюристы, то значит, люди легкие… поэтому «пораженье от победы ты сам не должен отличать!».
— Глупости, Севочка!
А на следующий день:
— Это невероятно, Надя! Москва — полупустой город. Я наконец нащупал лежбище этих негодяев.
— Кто они?
— А те, которые сидят с ключами от пустых квартир. Такие классические «собаки на сене». Их не интересует ни Ельцин, ни Брежнев. Только деньги!
— Ишь, прокурор нашелся! А тебя что интересует?
— Надя! Меня интересуешь только ты!
— Врунишка! — говорила она, стараясь выпутаться из его объятий. — А семьсот?!
Впрочем, старалась она не очень настойчиво…
— Семьсот, Надечка, — это я тебе приданое добываю. А сам буду жить в твоем доме простым приживалом.
Как говорится, кизди-кизди, интересно слушать… «Приживалом»! Да такого рабовладельца еще земля не рождала!
Было непостижимо, как вырос Сева. Сперва Надька думала, она его учительница. Нет, увы! Она его… случайность. Вот так будет правильно сказать.
— Ну и что же все-таки в результате, Сева? Снял ты квартиру?
— В результате снял! Но за какие деньги, Надя! За шесть тысяч!
— Ты же вообще собирался за пятнадцать!
— Собирался! Но когда дошло до цены… Знаешь, просто не могу платить мерзавцу такие суммы!
— Торговался?
— Как леопард!
— Ну и где в результате квартира?
— Надь, а давай, лучше ты этого не будешь знать? И вообще, ничего.
— Как же это возможно?
— Ну, ты ведь с Борисом в ссоре…
Расстрел, конечно, не расстрел. Но лет по двенадцать им точно закатают — ежели чего.
Потом он объехал с десяток почт, надыбал сургуча.
— Сегодня часика два потренировался — закрываю бутылки идеально: экономно и герметично!