– Ой, Инга Алексеевна, а мы уже ждём вас…
– Извините, Саша, пойдёмте. Я тут… Булгакова на семинар искала… не нашла, кто-то забрал из преподавателей…
– Мы с вами поделимся, у нас с Юлей две на стол.
От вранья загорелись щёки снова. Неловкого, нелепого – Инга же на стуле сидела, в телефон смотрела, что сидя можно искать? Пришлось вдыхать поглубже через нос и выдыхать через рот. Как делают спортсмены-бегуны: два шага – вдох, два шага – выдох.
Семинар отвлёк от навязчивых мыслей: разбирали «Собачье сердце». Группа была сильная, говорить практически не приходилось – только слушать. Можно было мысленно сравнивать, как Инга сама бы сказала те или иные мысли, в какую форму обернула бы, в какой последовательности, как бы к выводам вела. Единственный парень в группе всё пытался свести всё к коммунизму и приводил аргументы, совершенно Инге незнакомые. Напирал на диамат, на разницу книги и экранизации, на остросоциальную сатиру. Однокурсницы с ним горячо спорили, а Инга только замечала: «Хорошо, что вы так внимательно и глубоко прочли роман, раз у вас теперь есть материал для разных мнений. Только вот вопрос был не об этом. Всё-таки, мы должны разобраться сначала с образами главных героев. Может, как всегда, по сопоставительной таблице? А то мы так спорить будем до обеда и никуда не придём».
После пары было окно. Можно сходить к научному руководителю, да вот отчего-то совсем не хотелось. И показывать ему особо нечего. Поэтому Инга пошла в буфет. Взяла кофе, размороженный обед в закрытой пачке, одноразовую вилку. Студенты уже ушли по звонку на занятия, так что Инга сидела одна. Жевала медленно, рассеяно; рука всё тянулась достать телефон из кармана брюк. Сдерживалась. Чего Инга там не видела. Всё лица, лица, лица. А ещё бы тех «выбранных» надо дождаться. Если они отзывали свой лайк – исчезали из списка.
Но сдержаться не вышло. Инга сказала себе, что всего лишь зайдёт посмотреть, согласился ли кто-то на встречу. Открыла приложение, смахнула вкладку с анкетами, пока они ещё не прогрузились, чтоб не начать случайно их листать, и перешла в «выбор». Парень на велосипеде стал вверху списка и подсветился жёлтым. Парень с пульсаром на футболке исчез.
«Ну, что ж, на сегодня больше не листаю. Слава богу. Некогда же, в самом деле».
Пообедав, Инга вернулась на третий этаж, в кабинет кафедры. Стала перечитывать свою научную работу, вычёркивая лишнее или добавляя нужное. Но, по сути, не меняла ничего. Только забивала время. Прозвенел звонок – и началась другая пара.
Прошло спокойно. Инга отчитала лекцию без нервов и лишних мыслей. Четвёртая пара закончилась без пятнадцати четыре. Инга оделась, вышла из университета и дошла до кафе. Поправила макияж и стала ждать четырёх, помешивая капучино.
Старалась не смотреть на дверь – если слишком ждёшь кого-то, это выглядит странно и жалко. Как будто тебе больше всего надо – хотя, конечно, все и так понимают, что надо, и очень. Но продолжают делать вид, что независимы и сильны. Если не влюбятся, конечно.
Зазвенели колокольчики над дверью – и вошёл парень. Вроде бы похожий на фото, а вроде бы и нет. Он увидел Ингу и улыбнулся. Да, улыбка та же. А без улыбки вся симпатичность исчезала, пряталась в несимметричном лице. Понятно, отчего он сделал фото издалека вполоборота. Он сказал «привет», взял себе кофе, снял куртку и сел рядом.
– Ну что, познакомимся?
– Инга. Очень приятно. – А подумала в этот момент: «на самом деле, уже немного не очень».
– Максим. Ты красивая. Красивее, чем на фото.
– Спасибо. – А подумала: «Не могу о тебе сказать того же».
– Давно ждёшь?
– Да нет, всего-то четверть часа.
– Ну, хорошо. Расскажешь что-нибудь о себе?
– Хорошо. – И надо было придумать, чего бы рассказать невинного, но правдивого. Неизвестно ли, маньяк перед тобой или хороший парень. Неизвестно, что его оттолкнёт и как это проявится. Инга начала: – Ну, мне двадцать семь, у меня есть кошка, я люблю лето. Хм, что бы так сказать ещё… Ну, ещё у меня есть братья, я иногда с ними хожу на природу. – Возраст и степень родства Инга уточнять не стала, чтобы парень подумал: вот, родные и старшие, наверно, если что, защитят. – Что ж… Давай теперь ты?
– Хорошо, но что-то ты мало сказала, конечно. Стоит быть пообщительнее на свидании.
От этого предъявления каких-то нелепых требований всё в душе у Инги окончательно упало и разбилось.
– Ну, покажи мне пример?
– Хорошо. Мне двадцать шесть, я дизайнер, работаю всё время дома. Вот, завёл приложение, чтоб хоть куда-то выходить. Мне так-то не то чтобы романтика нужна, я не очень-то нуждаюсь в таком. Просто вот время убиваю.
– А к чему тогда ставить розовый тег?
– Ну, тут либо розовый, либо красный – иначе не лайкают. А спать с кем-то я не намерен ещё больше. По любви же надо. А какая от приложения любовь.
– Тогда, получается, ты соврал… жаль.
– А я обязан быть честным?
– Может, приложение так и было задумано? Чтобы те, кому нужен был секс, получили бы секс. А те, кому нужна романтика – романтику.
– Может, и было. Но я свою жизнь по своим правилам играю.