Йохан Кройфф. Победитель и тиран: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В конце концов он также заявлял, что поставит точку в своей совсем короткой карьере, когда ему исполнится 31 год, а этот срок наступал 25 апреля 1978 года, практически перед самым стартом мундиаля. Затрагивая вопрос о причинах, Йохан тогда часто говорил, что причина заключается в семейных обстоятельствах, в желании быть рядом с Данни и тремя детьми, которые находились в очень нежном возрасте. Позже он регулярно будет говорить о требованиях в его профессии, которые стали для него невыносимыми: «Я остановился, так как чувствовал себя уставшим. Я хотел продолжить жить в другом ритме». Кроме того, Кройфф кивал тогда и на усталость, и на стресс, давление, ожидания, связанные с ним, которые вынуждали его выкуривать куда больше двух обычных пачек сигарет в день.

Но в стране непонимание еще очень живо. И спекуляции на эту тему цветут буйным цветом… Многие думали, что «случай в бассейне» в 1974 году до сих пор неотступно его преследует. Сами близкие Кройффа выдвигают предположение, что Йохана, возможно, пугало спортивное поражение на чемпионате мира. Некоторые, как Роб Ренсенбринк, предполагали, что Кройфф боялся киднеппинга в Аргентине. Гипотеза вполне заслуживает внимания: в то время Южная Америка была опасным туристическим направлением из-за политических беспорядков, убийств и похищений. Южноамериканские футболисты и члены их семей всегда были там желанной добычей для киднепперов и просто грабителей. Поэтому «Аякс», в том числе Кройфф, не горели желанием участвовать в Межконтинентальном кубке, за исключением единственного раза в 1972 году, когда они играли против «Индепендьенте». Там, в Авелланеде, в провинции Буэнос-Айрес, ситуация была неспокойной, атмосфера – напряженной. Во время матча имели место разные происшествия и ходили слухи о возможном похищении кого-то из голландских футболистов. Со времен той аргентинской поездки Кройфф мог опасаться, что подобные угрозы возобновятся. Сообщения о политических киднеппингах регулярно мелькали в новостях в 70-х годах: Пэтти Херст в США (1978 г.), Петер Лоренц в ФРГ (1975 г.), Альдо Моро в Италии (1978 г.). В Испании ЭТА (баскская леворадикальная националистическая организация. – Прим. переводчика) взимала революционный налог, преумножая количество похищений. В 1981 году нападающий «Барсы» Кини был похищен и целый месяц находился в плену…

Другое объяснение ухода Йохана из сборной, намного более состоятельное, долгое время серьезно обсуждалось и было связано с лучшими качествами самого знаменитого голландца: якобы это был его знак протеста против военной диктатуры, которая свирепствовала тогда в Аргентине. Его отказ туда ехать был интерпретирован как форма политического бойкота. В то время в Западной Европе и в особенности в королевстве Оранских расплодилось множество движений, призывающих бойкотировать аргентинский мундиаль. Например, дискуссионный интерактивный круг «Bloed aan de paal» («Кровь на штангах» в переводе на русский) с двумя ведущими: Фриком де Йонге и Брэмом Вермеленом – дуэт двух популярных певцов, которые выступали за бойкот мундиаля. Выступив против франкизма, анархист и демократ Йохан Кройфф, получается, перед всем миром заявил об ужасах тоталитаризма? Эта красивая роль безумно понравилась и нравится до сих пор, судя по тому, что множество международных версий Википедии придерживаются этого рыцарского тезиса. Благодаря этой версии Кройфф получил симпатию и уважение, которые никогда не отвергал и которые вышли далеко за пределы широкого круга его многочисленных поклонников.

Однако Йохан никогда не упоминал политические мотивы, чтобы оправдать свой отказ ехать в Аргентину! И по примеру Йохана «оранжевые» сами никогда не выражали какой-либо протест против аргентинской власти, как вспоминает Джонни Реп в 2015 году: «В Голландии люди немного задавались вопросом о том, стоит ехать туда или нет. Мы, футболисты, даже не колебались. Все стремились туда. Мы все были единодушны на 100 %».

Хенк Спаан, автор книги «Сын Кройффа и другие поэмы», высказывается резко определенно относительно случая Йохана: «Политические мотивы – это все чепуха. Ерунда, маркетинг! Кройфф совершенно аполитичен. Если бы он заинтересовался политикой, он придерживался бы правых взглядов: либерал, связан с бизнесом, борец с пошлинами и налогами… У него все завязано на деньгах». Недалеко от истины, судя по тому, что у Йохана, скорее либерала-анархиста, совсем нет никакой личной склонности к любым формам диктатуры и тоталитаризма, отнюдь. А деньги? Ведь утверждения, выводящие на суд общественности его ставшую притчей во языцех готовность себя продать, все прибывали и прибывали. Уже довольно продолжительное время ему платили за интервью, которые он давал СМИ. Что он опроверг, бесстыдно привирая, во время беседы со швейцарской радиотелестанцией: «Я часто говорил, что требую плату за дачу интервью. Но это лучший способ отпугнуть журналистов. Если кто-то приходит брать у меня интервью, я соглашаюсь. Вот как вам из Швейцарии, но другие журналисты, из Нидерландов, Франции, Бельгии, тоже хотели меня найти. Поскольку в моем распоряжении минимум свободного времени, я через газеты сообщаю, что требую плату, но в действительности не прошу ее. И вот 90 % журналистов просто не приезжают (Смешок.)».

Но мишенью для слухов в 1977 году был его контракт о спонсорстве с «Пумой». Говорили о столкновении между Йоханом и КНВБ, которая все еще была связана с «Адидасом» (и уже обожглась с историей о двух полосках в 1974 году): федерация в корне пресекла разные новые требования спонсоров, включая «Пуму», что привело к тому, что Йохан покинул «оранжевых»… Однако близнецы Вилли и Рене ван дер Керкхоф, спонсируемые «Пумой» и сопротивляющиеся «Адидас», примут участие в аргентинском мундиале в майках с двумя полосками… правда, по возвращении они будут наказаны! Согласно другому предположению, финансовые мотивы Йохана не ехать в Аргентину могут быть ни при чем. В марте 1978 года «Франс Футбол» сообщил о том, что вице-президент ФК «Нью-Йорк Космос», Рафаэль де ла Сьерра, приезжал в Барселону, чтобы предложить Йохану Кройффу пять миллионов долларов за два сезона при условии, что тот примет участие в чемпионате мира в Аргентине. Американские руководители думали, что имидж Кройффа в «Нью-Йорк Космосе» поможет клубу значительно вырасти в цене, если голландский футболист сыграет в мундиале, прежде чем присоединится к их клубу. Но Кройфф отказался от этого супервыгодного предложения…

Как бы то ни было, в Нидерландах не могут смириться с мыслью, что супергерой бросит национальную сборную, ведь с Йоханом выиграть Кубок мира – реально! По мере приближения старта первенства вся страна лихорадочно пытается мобилизовать все свои силы. T.R.O.S., нидерландская вещательная телекомпания, организовала огромную кампанию по национальной мобилизации под слоганом «Давайте вернем Кройффа!» (на музыкальную тему знаменитой Смурф-песни из детского сериала «Смурфики» The Smurf Song). По всей стране прошли разные импровизационные манифестации, а болельщики писали прошения: так было собрано 40 000 открыток. Даже королева Юлиана самолично выступила за… Журналисты полетели в Барселону. Они брали интервью у Кройффа, который стоял перед огромными почтовыми мешками, в которых находились эти открытки. Но Йохан с замкнутым выражением лица и четким тоном, повернувшись спиной к большим мешкам со штемпелем «Почта Нидерландов», сказал, как отрезал, раз и навсегда на все эти слухи о возвращении: «У меня нет желания давать объяснения на эту тему только по одной причине: слово за слово, и начнутся споры. Я уже принял решение, я следую ему».

Йохан остался несгибаем, и в июне 1978 года «оранжевые» улетели в Аргентину без него. Но у решения завершить карьеру в сборной оказалась побочная жертва: Данни. В Нидерландах (и вне них) ее регулярно обвиняли в том, что она вынудила мужа не ехать на мундиаль. Это мнение, нацеленное против нее, было косвенно подтверждено в 2008 году Карлесом Решаком, бывшим одноклубником и помощником Эль Флако в «Барсе». В своей книге Carles Rexach – Ahora hablo yo («Карлес Решак – Теперь говорю я») он написал, что «влияние жены распространялось на все в жизни Йохана, в том числе на все решения, что он принимал»… Отчасти это позволило навсегда заткнуть обвинявших Данни в том, что Йохан вынужденно согласился не принимать участие на мундиале-78. 17 апреля 2008 года он публично рассказал журналисту Антони Бассасу для Catalunya Radio, что его отсутствие на мундиале-78 было вызвано нападением на его барселонский дом в конце 1977 года: «Мне приставили дуло ружья к голове. Связали меня, мою жену, и все это на глазах у детей. Есть моменты, когда в жизни на первый план выходят уже иные ценности. Это послужило толчком для меня закончить с футболом, и я не мог больше выступать в чемпионате мира после такого. Так как для того, чтобы участвовать на каком-либо Кубке мира, ты должен быть в форме на все 200 %». В продолжение Жоан Патси, долгое время пресс-секретарь Йохана в Барселоне, лично сообщил о реальных тревогах своего друга в 1977 году: «Еще до нападения на его дом и после полученных угроз Йохан обращался за защитой в полицию». Через тридцать лет после произошедшего, в 2008 году, эти откровения имели эффект разорвавшейся бомбы: было получено наконец объяснение одной из Кройффийских мистерий, о которой судачили все Нидерланды и весь мир.

23 июня 2014 года в том же самом интервью, которое Йохан дал «Экип», когда он вспоминал Кубок мира-74, он вернулся к более детальному разговору о нападении 1977 года: «Это настоящая причина, личная, которая все перевернула. Грабитель взломал дверь и проник в мой дом. Это не было связано с террористами или политическими историями. Тот тип хотел нас ограбить. Меня привязал к мебели, угрожал мне ружьем, которое приставил к моей голове. К счастью, трое детей спрятались в другой комнате и ничего не видели. Моя жена лежала на полу со связанными руками. Когда он развязывал меня, моей жене удалось выбежать на улицу. Она кричала, соседи вышли, и полиция схватила этого типа. Но кошмар начался потом. В течение шести месяцев полицейские спали у нас дома и сопровождали детей до школы. Телохранители следовали за мной на тренировки. Жизнь твоя меняется психологически, ты уже не думаешь о футболе. Ты живешь в аду. Из-за всего этого я знал, что не смогу играть на чемпионате мира. Мне только исполнился 31 год, и пришло время остановиться. Решение завершить карьеру в сборной даже не обсуждалось. В тот же самый год я завершил свою карьеру в «Барсе». Мне нужна была передышка…»

Йохан словно нехотя подтвердил, что отказ не был вызван политическими мотивами, то не было акцией против диктатуры генерала Виделы («не напрямую»). Но самое главное, Йохан вновь попытался обелить Данни: «Она тут совсем ни при чем». Может быть… Но его повторяющиеся попытки защитить свою супругу едва ли убеждают Нидерланды. В 2015 году Джонни Реп даст свою интерпретацию, которую разделяет множество нидерландских наблюдателей: «То, что он не поехал на чемпионат в 1978 году, никак не связано с диктатурой в Аргентине. Ни с боязнью киднеппинга. Во время чемпионата мира-74 в Германии у Кройффа были серьезные проблемы с женой. И сразу же после первенства все узнали, что он не едет в Аргентину». Дэвид Эндт более многословен на этот счет: «Конечно же, что-то произошло в бассейне в 1974 году. Но на это дело наложен запрет молчания, что уже знаково… Он не поехал на чемпионат в 1978 году в основном из-за той истории с бассейном в 1974 году. Разговоры о режиме – это чушь, всем на это было наплевать. Все дело в Данни, она ему сказала не ехать, так как была обозлена на него. Вероятность киднеппинга, возможно, тоже сыграла какую-то роль, но не существенную. Он не подтверждает это. А голландский народ до сих пор сердится на него, его посчитали предателем».

Мы так и не узнаем конца всей этой истории. Но можно еще добавить один пазл к тому доводу, что Данни – последняя, кто решил, что Йохан не будет участвовать в мундиале-78. В документальном фильме нидерландского ТВ в 1997 году H. J. Cruijff 50 jaar режиссера Тео Рейтсма Ян Зварткрёйс передал разговор, который состоялся у них с Йоханом в тот момент, когда он заступил на пост тренера «оранжевых» в июле 1976 года, после катастрофы на югославском Евро. С самого начала капитан Кройфф был прямым в своих последующих намерениях относительно национальной сборной: «Кройфф мне сразу же сообщил, что он не едет в Аргентину, после всех «происшествий» в 1974 году (он имеет в виду бассейн? – Прим. автора). Я могу сказать об этом сегодня, потому что известно, что он пообещал Данни больше не уезжать так надолго из дома и что он больше не будет участвовать в крупных турнирах. Я с уважением отнесся к этому решению. А он нам очень помог пройти квалификацию в Аргентину».

В то время пока манифестации на тему возвращения Йохана в сборную были в самом разгаре в Нидерландах, заинтересованное лицо посвятило себя клубу. В Примере уже четвертый день «Реал» возглавлял гонку, а за ним по пятам следовала «Барса», занимающая второе место. Такое расположение не изменилось до самого конца чемпионата, в котором мадридский соперник вновь выиграл титул, а ФК «Барселона» стал вторым, отстав на шесть очков от победителя. Два Класико вынесли свои неотвратимые вердикты: каталонцы уступили на «Бернабеу» (0:4) и на «Камп Ноу» (2:3). Эти две знаковые неудачи дорого обошлись при подведении финальной классификации. В течение сезона Йохан перенес небольшую операцию на мениске. Во время выздоровления он распахнул двери своего дома перед «друзьями»-журналистами, приехавшими из Нидерландов, чтобы донести до голландского люда живительное «Кройффийское» слово. Через подобные регулярные встречи с избранными им массмедиа Кройффи поддерживал свои сети влияния и осуществлял контроль над своим имиджем в Нидерландах. Он заботился о своем пиаре и уделял свое свободное время прессе, которой всегда требовались «свежие новости о Кройффе». Сделка, в которой обе стороны были в выигрыше. Хорошее продвижение его карьеры и тем более посткарьерной деятельности зависело от этого… Свободный, улыбающийся Йохан позволил брать у себя интервью, пока он лежал в гамаке с ногой в гипсе, а малыш Йорди лепетал рядышком с ним.

Конец сезона преподнес странный сюрприз Тощему: на полуфиналы Кубка УЕФА жеребьевка определила в соперники «Барсе» эйндховенский клуб ПСВ! Клуб, где играли зануды Вилли ван дер Кюйлен и Ян ван Беверен… Эйндховенские парни, с которыми клан Кройффа плохо обошелся в сборной, были особенно настроены взять реванш на футбольном поле. 29 марта на «Филипс Стадион» эйндховенские «деревенщины» (de boeren) одержали победу над Кройффом со счетом 3:0. Во втором матче, состоявшемся 12 апреля, ФК ПСВ обеспечил себе проход дальше, пусть и проиграв, но со счетом 3:1. Ван Беверен, ван дер Кюйлен и братья ван дер Керкхофф ликовали на поле «Камп Ноу», на земле «зятька», который опять лишился европейского финала, но уже в составе «Барсы». ПСВ возьмут Кубок УЕФА, победив в финале великолепных бастийцев (0:0 и 3:0). Эйндховен выиграет также Эредивизи-78, подтвердив во второй половине семидесятых свое национальное превосходство над двумя гигантами из Амстердама и Роттердама.

19 апреля 1978 года «Барса» выиграла новый Кубок Испании, одержав победу со счетом 3:1 над «Лас Паламас». Данное первенство, названное Кубком короля на замену бывшему Кубку генералиссимуса, разрешало отныне участие иностранных игроков. В качестве капитана Йохан получил трофей из рук молодого испанского короля Хуана Карлоса Первого. Под управлением Михелса Кройфф выиграет свой второй и последний титул за все пятилетнее пребывание в ФК «Барселона». По меньшей мере Йохан покинул «Барсу», выведя ее на европейский чемпионат. У истории своя ирония: после его ухода и ухода Михелса ФК «Барселона» возьмет европейский трофей – Кубок обладателей кубков 1979 года в матче против «Фортуны» (Дюссельдорф) (4:3 в дополнительное время)… Йохан сыграл свой последний матч в Примере 7 мая против «Валенсии» на стадионе «Камп Ноу» (1:0). Его личный итог прекрасно показывал, что звонок об окончании его пути уже прозвенел. В ходе своего последнего сезона он забил всего 11 мячей (5 из которых в Примере) – и это самый слабый результат за всю его карьеру.

О четырех барселонских годах Йохана, которые последовали после титула чемпиона 1974 года, много злословили. И скудный список наград потворствует этому. Но если взглянуть объективно на эти четыре сезона, то итог на самом деле окажется куда как более достойным уважения. С Кройффом «Барса» три раза занимала второе место в Примере (1976, 1977, 1978) и один раз третье место в сезоне 1974/75. На кубках Европы «сине-гранатовые» три раза входили в последнюю четверку лучших (1975, 1976, 1978) и один раз доходили до четвертьфиналов (1977). В национальном масштабе в середине семидесятых царствовал очень хорошо показавший себя «Реал», и «Атлетико» (Мадрид) был весомым конкурентом. Несмотря на весь свой талант и все свои усилия, Йохан не мог в одиночку поднять выше добротную каталонскую команду, доблестную, но ограниченную. У нее не было той коллективной сплоченности, как у «Аякса» или как у «оранжевых», с которой он блистал в 1977 году, пусть и поддержка в лице Нескенса оказалась очень своевременной в стараниях вывести «Барсу» на вершину популярности. При приближении к тридцатилетнему рубежу Йохан, профессиональный футболист с 16 лет, раз за разом проводил сверхзагруженные сезоны, как в клубе, так и в сборной. Под конец Йохан признавался в том, что стресс, который он испытывает, стал слишком давящим: «Если игра тебе не в радость, ты не можешь долго терпеть давление». Руководитель «Барсы» внес окончательную ясность в повторяющуюся критику относительно чрезмерно высоких зарплат Эль Флако по отношению к его слабым итоговым показателям: «Разве это чрезмерно, если сравнивать с тем зрелищем, которое он показывал на «Камп Ноу»? Наши акционеры видели каждые пятнадцать дней в течение пяти лет игру лучшего футболиста в мире. Он им дарил матчи высочайшего класса и забивал невероятные голы. Они так сильно его любили, что на его последнем матче они на коленях просили остаться еще на один сезон». Его окончательный итог в «Барсе» выглядит достойно: за пять сезонов (с 1973/74 до 1978-го) он провел 227 матчей и записал на свой счет 85 голов (из которых 48 мячей за 143 матча в Примере).

В конце его карьеры в честь его славного футбольного пути устроили юбилейные матчи. Первый прощальный матч состоялся 27 мая 1978 года. На стадионе «Камп Ноу» два его любимых клуба, ФК «Барселона» и ФК «Аякс», сошлись в поединке в весьма волнительной атмосфере.

Йохан, одетый в майку барселонского клуба, шел впереди, а за ним следовал эскорт из тучи фотографов. Йохан Кройфф долго приветствовал толпу. В этой встрече, которую выиграл каталонский клуб со счетом 3:1, на 70-й минуте Йохан покинул поле под громкие и бурные овации трибун. По случаю «Эль Мундо Депортиво» размножила крупные заголовки и статьи с фотографиями во славу героя: Adeu Johan («Прощай, Йохан»), Termino una leyenda («Конец легенде»). В одном интервью, проведенном в форме прощания, Йохан в заключение произнес: «Sencillamente, gracias por todos» («Просто спасибо за все»).

Первого июня стартовал чемпионат мира в Аргентине. После вызвавшего бурные споры ухода Йохана из сборной футбольная Голландия загрустила по другому печальному поводу: высоченный Вим ван Ханегем появился перед национальными телекамерами, чуть ли не рыдая, чтобы объявить, что он также не участвует в аргентинском мундиале! Грязная денежная история – еще одна, вдобавок к той с двумя полосками на майках близнецов ван де Керкхоф – явилась причиной такого решения. Дэвид Уиннер установил, что в 1974 году Вим был удовлетворен особой финансовой сделкой, которая его, Кройффа, Кейзера и Нескенса поставила выше других. Но в то же время все доходы от рекламы команды были поровну поделены между всеми участниками группы. Но не в 1978 году: Крол, Хан и другие главные игроки захотели заполучить эти деньги только себе! Вим был просто в ярости… Он предупредил австрийского тренера, Эрнста Хаппеля, что не желает соседствовать с ними в сборной. Хаппель попытался переубедить Вима изменить решение. Напрасно…

С юмором и со всей суровостью Саймон Купер изобличит преступное поведение игроков и хроники «дезертирства», которые стали слишком обычным делом у «оранжевых»: «Ни одна другая страна не может соперничать с Нидерландами по числу ненадежных персонажей. Ее футболисты семидесятых годов выросли из народа с традиционными кальвинистскими устоями, где главные ценности заключаются в том, чтобы говорить все как на духу и отвергать поступки, которые идут вразрез с собственной совестью. И если совесть требует не ехать на Кубок мира, ну что ж, значит, такова воля Кальвина. Не было никого, ни в прессе, ни среди общественности, кто бы мог из глубоких патриотических чувств надавить, напугать или как-то повлиять на них [на футболистов] и заставить поехать на чемпионат мира. Вдруг оказалось, что голландские футболисты могли действовать в футболе по принципу ромашки «играть – не играть».

И вот «оранжевые» отправились в Аргентину, лишившись своих основных игроков, еще конкурентоспособных, таких как Кройфф, ван дер Кюйлен, ван Ханегем и Ян ван Беверен! Для Яна отказ от участия в мундиале обернулся настоящим спуском в ад… В течение всей его карьеры в сборной его продолжительные ссоры с национальным идолом Кройффом привели к появлению у него недоброжелателей из числа зрителей, а объявление о завершении карьеры в сборной было расценено как «предательство». Однако Ян должен был освещать чемпионат мира-78, как консультант одного крупного нидерландского телеканала. Когда он появлялся в эфире во время матчей «оранжевых», общественный канал получал угрозы в адрес ван Беверена, его семьи и дома, поэтому его сотрудничество с каналом было сразу же аннулировано. Разочарованный и встревоженный, он решил навсегда покинуть Нидерланды. Но его задерживал контракт с ПСВ, который действовал еще два года… Как только срок контракта истечет в 1980 году, ПСВ предложит ему продлить его, но гордый вратарь ответит решительным отказом, предпочитая уехать вместе с семьей в США. В Америке к себе его захочет взять ведущий ФК «Нью-Йорк Космос», но Ян остановит свой выбор на ФК «Форт-Лодердейл Страйкерс» (1980–1983), а затем уйдет работать в «Даллас Сайдкикс» (1984–1986).

«Оранжевые» сыграют в двух чемпионатах мира и на одном Евро, но уже без их лучшего вратаря десятилетия…

В Аргентине на поле Роб Ренсенбринк взвалил на себя лидерство, оставленное Кройффом. Огромный талант Роба, помноженный на удивительное внешнее сходство со знаменитым номером 14 – похожи прям как близнецы, – доведет все еще великолепных «оранжевых» до финала. Но как и в 1974 году, они уступят хозяевам чемпионата (3:1 в доп. вр.). Ян Йонгблуд, тридцативосьмилетний ветеран и участник ЧМ-74, охранял нидерландские ворота. В финальной игре его можно обвинить по меньшей мере только в одном пропущенном им мяче… Многие «оранжевые» – участники эпопеи-78, например, Рене ван де Керкхоф, кричали о том, что с ван Бевереном Голландия стала бы чемпионом мира в Аргентине. Роб Ренсенбринк, звезда «Андерлехта», показал шикарную игру на мундиале и после турнира объяснил почему: «Я намного лучше сыграл в 1978 году, потому что Кройффа надо мной больше не было. И еще во многом потому, что я стал на четыре года старше». Прежде Робби оставался в тени Кройффа из чувства уважения и боясь бросить вызов боссу. Ренсенбринк предпочел дождаться своего часа, чем самоутверждаться на глазах у Кройффа, как это сделал Вилли ван дер Кюйлен, который не пожелал подчиниться абсолютной власти Йохана «Цезаря» Кройффа.

Но добрый голландский люд будет постоянно терзаться вопросом: а что, если бы Йохан Кройфф сыграл на чемпионате мира-78?… Мартен Вейффелс, знаменитый голландский футбольный журналист, ответил за многих своих земляков: «Если бы он играл, мы могли бы выиграть этот Кубок мира. Йохан Кройфф делал нас сильнее». Согласно одному достоверному источнику, 25 июня 1978 года, когда шел финал Аргентина – Нидерланды, Йохан ходил за покупками с Данни по улицам Лондона…

Прошло лето 1978 года, и Йохан завершал карьеру последним прощальным матчем с «Аяксом». Гала-встреча была назначена на 7 ноября 1978 года на Олимпийском стадионе Амстердама с игрой против «Баварии» (Мюнхен). Вечером того дня Кройфф получил от нового президента клуба Тона Хармсена золотые именные часы… и цветной телевизор! Этот последний подарок рассмешил трибуны. Позже стало известно, что тот телевизор был подарен, так как Данни о нем мечтала… Игроки «Аякса» переоделись по случаю в майки, ставшие коллекционными, с набитыми впереди тремя кубками Европы и Межконтинентальным кубком, завоеванными Кройффским «Аяксом», а также были такие слова: Johan Cruyff Farewell, 7–11-78 («Йохану Кройффу прощальный привет, 7–11-78»). Руди Крол был единственным оставшимся действующим игроком с тех славных времен и считался ветераном в блестящей, но еще немного зеленой команде. В «Баварии» им противостояли еще несколько известных «ветеранов» (Майер, Шварценбек, Брайтнер, Дюрнбергер, Мюллер), которых обрамлял растущий молодняк из поколения Аугенталера и Румменигге. Несмотря на холод, 63 000 зрителей заполнили трибуны легендарного стадиона, видевшего великие подвиги «Аякса». Атмосфера казалась расслабленной, когда Зепп Майер, капитан на этот вечер (Франц был в США), подарил Кройффу в шутку баварскую шляпу. Но вот продолжение встречи стало уже не таким добросердечным: «Бавария» без всякой жалости размазала «Аякс» по стенке счетом 8:0! Этим вечером нидерландский арбитр Шарль Корвер проявил к номеру 14 всю свою симпатию: «Я несправедливо аннулировал два-три гола, потому что не хотел, чтобы счет стал уж совсем постыдным для Кройффа, негоже, чтобы он проиграл со счетом 10 или 11:0».

После восьмого гола, забитого Карлом-Хайнцем Румменигге, Кройфф покинул поле под бурные овации, на замену ему вышел англичанин Рэй Кларке… Ультрапобедоносное поведение «Баварии» сильно пошатнуло дружеский настрой, который обычно отличает подобные гала-встречи. Неужели мюнхенцы были настолько задеты и раздражены двумя поражениями, которые им нанес «Аякс» (в августе 1972 г. в Мюнхене 0:5 и в марте 1973 г. в Амстердаме – 0:4)? Да, если верить словам Зеппа Майера после матча: «За 1973-й поквитались!» Стало известно, что на самом деле баварцы были обижены отношением хозяев: ни один представитель от «Аякса» не приехал в амстердамский аэропорт, чтобы встретить их и к тому же разместили их во второсортной гостинице. И в довершение игроков «Баварии» также освистали трибуны (Schweine nazie!, то есть «Нацистские свиньи!»). Такой унизительный уход был для Кройффа самым крупным поражением в его карьере. Странно, но он отнесся к такому позорному концу со всем свойственным ему равнодушием, которое характеризует его легендарную силу духа: «Обычно прощальные матчи – прекрасная возможность для проведения добродушных встреч. Но только не для «Баварии». Не стоит забывать, что они провели отвратительный сезон, в ходе которого не смогли даже отобраться на Евро. Таким образом, это был их единственный шанс блеснуть в этом сезоне и заодно наказать голландский футбол, последнее для них – как бальзам на душу. Меня же это не сделало несчастнее. К тому же люди запомнят надолго такое мое прощание. Во всяком случае, ни у кого такого не было…» В этом весь Йохан, отличающийся склонностью к избирательному подходу к прошлым событиям: кое-что предпочитает сохранить в памяти, другое отбросить, некоторые серые моменты своей жизни вообще перекрасить в розовые тона. 11 ноября 1978 года Йохан окончательно хлопнул дверью в интервью «Эль Мундо Депортиво»: «Мое завершение футбольной карьеры – окончательное и бесповоротное». Окончательное? В самом деле?

Переквалификация Йохана была вся распланирована уже некоторое время назад. Ориентированный на бизнес Джеком ван Зантеном, он желал серьезно погрузиться в дела в рамках «CBP Интернешнл», фирму, основанную с его партнерами Базилевичем и Пардо. Но тут плохая новость, подхваченная и раздутая прессой, ворвалась и нарушила покой его повседневной жизни в качестве молодого и богатого пенсионера: он должен был денег испанской налоговой службе. Также пошли слухи, что дела на свиноферме «Ганадера Каталана» идут из рук вон плохо и рискуют обернуться катастрофой… Газеты запестрели громкими заголовками по этому делу, причем и в Нидерландах: Cruyff en Neeskens gerunneerd («Кройфф и Нескенс разорены»). Йохан созвал пресс-конференцию 28 сентября 1978 года, где заявил, что не разорен, и объяснил, что по условию контракта, заключенного с «Барсой», его налоговые выплаты за него должен был платить клуб. Его друг Базилевич находился в зале, и журналисты не преминули расспросить Кройффа о том человеке, кто уже был знаком с подобного рода неприятностями… Но Йохан встал на защиту Базилевича: «Я ему полностью доверяю. Это мой друг и партнер».

В ходе этой пресс-конференции он отмел идею о том, что он наденет бутсы, выступая за «Нью-Йорк Космос», которые его настойчиво зазывали к себе: «Я не буду больше играть. Я, возможно, проведу с ними несколько товарищеских матчей, но мое первоначальное намерение – это продолжить работу в бизнесе».

Спустя несколько дней он с воодушевлением и подробно рассказал о своей настоящей деятельности ежедневному каталонскому изданию «Ла Вангуардиа»: «Мы выкупили ферму «Ганадера Каталана». У нас 250 свиного поголовья в Артеса-де-Сегре, но мы рассчитываем, что в конце года у нас уже будет 1200 свиней. Мы также создали «Ортикультура Медитерранеа», которая занимается экспортом цветов и растений в Саудовскую Аравию, и мы в процессе развития агентства недвижимости «Инмобилиариа Ибица». Это именно те три вида деятельности, которые затеял Базилевич. Но есть и другие! «CBP Интернешнл» занимается также экспортом вин, цемента и овощей и работает также как представитель «Уорнер Бразерс» в Испании… «Базилевич пообещал джекпот Кройффу и Нескенсу, – сообщил Марк Роджер. – Но дело с разведением свиней у них так толком и не пошло». Втянутые в каталонское животноводство Нескенс и чета Кройфф инвестировали в ферму несколько десятков миллионов песет, которые они так больше и не увидят. «Ганадера Каталана» стала в реальности просто бездонной финансовой пропастью…

Кор Костер уже давно почуял неладное и высказался об этом открыто: «Я не понимаю, как такой умный человек, как Йохан, мог быть настолько слепым. С тех пор, как он перестал следовать моим советам в области инвестиций, дела идут плохо. Я бы хотел ошибиться, но мне страшно». Затем, введенный зятем в курс делишек Базилевича, он решил вмешаться, созвав пресс-конференцию в шикарной барселонской гостинице. Он набрасывается на «идиота, который разорил Кройффа». Костер обвиняет «предпринимателя» в том, что он убежал в Швейцарию с деньгами Кройффа и Нескенса. Так как в тот момент Базилевич считался пропавшим без вести! Обворовали… По мнению Костера, последний украл у обоих Йоханов в целом 240 миллионов в старых франках, которые он, возможно, перевел себе на счет в швейцарском банке, но которые никогда не были оприходованы ни одним даже самым маленьким местным банковским отделением. На камеры Костеру удается сдержать свою ярость, когда он говорит о своем зяте, которого по-семейному выгораживает: «Я думаю, что Йохан Кройфф очень хороший бизнесмен, я убежден в этом. Единственное, что ему не хватает, так это немного опыта». Сам Костер нисколько не верит в это… В его взгляде плещется черная злоба по отношению к тому, кто нанес ущерб материальному состоянию дочери Данни.

Дэвид Эндт нашел тонкую связь между мошенничеством Базилевича и тем характером отношений, что складываются между Кройффом и Костером: «История с Базилевичем означает попросту то, что Кройфф сказал себе, что тесть его уже достал и что он может самостоятельно вести дела! При этом Базилевич старательно окучивал его, был любезен и т. д. Ему даже удалось запудрить мозги Данни, которая его признала. А затем он их обокрал, тогда Костер вернулся, чтобы спасти их вклады, в который раз. Это нанесло удар самолюбию Кройффа, так как между ними всегда чувствовалось некоторое напряжение. Костера больше заботили интересы его дочери, чем интересы Кройффа, на самом-то деле. Пусть даже это Кройфф приносил деньги в семью. Между ними были хорошие отношения, но не такие уж сердечные. Они любили друг друга ради бизнеса. И я думаю, что они очень похожи: злопамятность, деньги, власть…» Йохан совершил ошибку, действуя, не полагаясь на Костера. Саймон Купер рассказывает, что Кройфф долгое время считал себя крупным бизнесменом, вполне способным самостоятельно справляться с ведением своих дел или окружающим себя близкими советниками (очень) малого пошиба…