– Вот черт, – слабо выдавил Эдди.
– Ты справишься, – торопливо заверила Лана. Она прошла в омерзительную ванную, которая находилась в конце узкого коридора, и принялась выдвигать ящики и открывать дверцы в поисках лекарств, стараясь не обращать внимания на вонь и грязь. С этим тоже можно разобраться позднее. – Алкоголь, перекись водорода, упаковка бинтов. Ни пластырей, ни мыла. Судя по тому, как выглядит это место, им никто и никогда не пользовался.
– Я нашел ножницы, иголку и нитки, – крикнул Макс из гостиной. – Кто-то из хозяев занимался шитьем. А еще тут много обрезков ткани, на случай если нам понадобится. Сейчас поищу мыло.
– Я захватила кусок, если нигде не обнаружишь. Он в чемодане.
Они продолжили искать все необходимое. Макс отчистил поднос, чтобы складывать находки. Лана так часто мыла руки, что едва не стерла их до костей.
Эдди, к боку которого прижимался Джо, тихо лежал на кровати. Его бледное лицо блестело от пота, но оставалось прохладным на ощупь. По крайней мере, заражения не было, что очень радовало Лану. Во всяком случае, пока не было.
Они приступили к обработке раны: промыли теплой мыльной водой и не жалели алкоголя, пока Лана не почувствовала, что инфекции не осталось. А еще она ощущала, как больно Эдди, и потому не решалась приступить к нанесению швов.
– Я сам этим займусь, – предложил Макс, забирая иглу с нитью из рук Ланы. – Я все сделаю. А ты посмотри, можно ли что-то приготовить. Думаю, нам обоим понадобятся силы после процедуры.
– На этой ужасной кухне нельзя готовить.
– Тогда начни убираться, а я помогу, как только закончу зашивать.
– Хорошо. Держись, Эдди.
– А нельзя как-то пропустить эту часть лечения? – спросил раненый, слабой улыбкой проводив девушку.
– Вряд ли.
– Эх, так и думал. Тогда, может, хоть косячок найдется?
– Прости, нет. Но я погружу тебя в состояние транса. Если все сработает как надо, то ты будешь чувствовать боль, но словно издалека.
– Ты так умеешь?
– Полагаю, да. Но все получится, лишь если ты будешь мне доверять.
– Чувак, не отрицаю, что предпочел бы косяк, но если бы я, типа, не доверял тебе после, ну, спасения жизни, значит, мама вырастила меня полным засранцем. Не оскорбляй мою маму, приятель.
– Замечательно. Тогда посмотри на меня. И не отводи взгляд.
Через час Макс вошел на кухню и сразу заметил отсутствие мусора и сияющие чистотой поверхности стола, плиты и пола. Открытая дверца потрепанного холодильника открывала взгляду отдраенные внутренности.
Лана подняла голову с собранными в пучок волосами и отжала в раковину воду с грязной тряпки, которую держала руками в желтых резиновых перчатках, доходящих почти до локтей.
Макс ощутил мощный прилив нежности и любви к этой невероятной девушке.
– Как Эдди? – спросила она.
– Спит. С ним все будет в порядке, в основном благодаря тебе.
– Я подумала, что он умер, – прошептала Лана, растворяясь в объятиях Макса, как была, с перчатками и прочим. – Когда увидела, как в него попала пуля, то на секунду решила, что мы его потеряли. Конечно, мы познакомились с Эдди недавно, но… Он теперь часть нашей группы. Он стал своим.
– Он стал своим, – кивнул Макс. – Тебе не помешает отдохнуть, а я завершу уборку сам.
– Отличная идея! – живо согласилась Лана, стягивая перчатки. – Там под раковиной была мышеловка с дохлой мышью.
– Я разберусь с этим.
– Мне пришлось сделать это самой. Из-за запаха… – Девушка передернулась от омерзения. – Так что я выбросила мышеловку с трупиком на улицу. А потом оттерла отбеливателем стол и плиту. Так что осталось немного прибрать и протереть. И можно будет приступать к готовке. Из тех продуктов, что нашлись в брошенной машине, получится отличный наваристый суп.
– Мне казалось, я любил тебя до того, как мы покинули Нью-Йорк.