– Я просто устала. Так устала.
– И я тоже. Давай ты переоденешься и мы обе немного отдохнем. Моя интуиция подсказывает, что здесь безопасно. А до трех часов ночи еще полным-полно времени.
– Ага.
– Но сначала нужно обработать и забинтовать рану. Я нашла аптечку.
– А для твоего синяка нужно раздобыть лед.
– Мне не удалось найти ни его, ни замороженный горошек, ни кусок мяса. Может, у Чака будет что-то из этого. Зато в аптечке есть обезболивающее. Это должно помочь.
После того как Фред забинтовала порез, Арлис натянула теплые черные легинсы. Потом свернула джинсы, которые стажер предложила в качестве альтернативы, и засунула в рюкзак. Не помешает иметь смену одежды. После этого накинула через голову футболку и завершила наряд черной толстовкой.
Снова почувствовав себя почти человеком, Арлис принялась разглядывать принесенные варианты пальто и курток.
– Это очень красивое. И из кашемира. – Она подняла темное полупальто, похожее на бушлат.
– И отлично будет на тебе смотреться.
– Да уж, сейчас мода меня волнует в последнюю очередь.
– Когда ты снова начнешь выходить в эфир с новостями, то захочешь выглядеть стильно.
– Обожаю твой неизменный оптимизм. – Арлис примерила пальто и обнаружила, что оно идеально подходит по размеру. Затем сняла его, свернула, положила на пол и уселась сверху. После этого приняла у Фред банку с газировкой и яблоко, вздохнула и принялась есть. Спустя пару минут она прервалась, недоуменно наблюдая за действиями спутницы, и спросила: – Чем ты занимаешься?
– Пишу записку для хозяев магазина на случай, если они вернутся. Перечисляю, что именно мы взяли, прикрепляю бирки и сообщаю, что, как только мир снова станет вменяемым, мы компенсируем ущерб. И в конце добавляю подпись: Арлис и Фред приносят вам свои искренние благодарности.
– Ну точно, ты настоящее чудо, – прокомментировала журналистка, вытянувшись во весь рост на полу и подложив свернутое пальто под голову. – Отдохнем полчаса, а потом отправимся в путь. – С этими словами Арлис установила будильник на телефоне. – А если Чак не появится в условленном месте, то вернемся сюда и подумаем, что делать дальше.
– Полчаса, поняла.
Но Арлис не услышала ответа, потому что уже провалилась в глубокий сон.
Спустя тридцать минут обе девушки проснулись, чувствуя себя даже хуже, чем до этого. Но уже через сорок минут они вышли на улицу и направились к месту встречи.
– Не везде люди вели себя цивилизованно. – Арлис обвела рукой магазин, ресторан, рынок – все они выглядели разоренными.
– Не думаю, что в этом районе осталось много народу. Воздух почти неподвижный. Надеюсь, они добрались до безопасных мест.
Но Арлис предполагала, что, по крайней мере, в некоторых заколоченных и запертых домах находились мертвецы.
На месте встречи девушки оказались почти на двадцать минут раньше оговоренного времени.
– Может, найдем пока менее открытое пространство и спрячемся? – предложила Арлис.
– Слишком поздно.
Услышав донесшийся из темноты голос, она резко обернулась и наставила пистолет в том направлении.
– Эй, эй, полегче, Энни гребаная Оукли![17] Это же я, Чак.
На этот раз она узнала голос. Парень вышел из тени, подняв руки вверх и растянув губы в привычной широкой ухмылке.
– Чак. – Арлис опустила пистолет и сглотнула, потратив несколько секунд, чтобы побороть вновь навернувшиеся слезы. – Ты пришел раньше.
– Ага, ты тоже. И привела с собой компанию.
– Это Фред. – Защитным жестом Арлис приобняла рыжую стажерку. – Без нее я бы ни за что не добралась сюда.
[17] Э́нни О́укли, урождённая Фи́би Энн Мо́узи, – американская женщина-стрелок, прославившаяся своей меткостью на представлениях Буффало Билла.