Сингулярность: Инкубатор счастья. (прода): читать начало книги онлайн

Француз от неожиданности закрыл лицо руками и шарахнулся в сторону. Потом одной рукой схватился за горло и, повалившись на землю, попытался второй достать из закрепленного на левом предплечье чехла смарт, но сильный нервнопаралитический газ уже начал действовать и через секунду его тело обмякло и замерло без движений.

Не спуская глаз с экрана, Агнежка подвела коптер вплотную к цели и навела камеры на застывшее, искаженное гримасой боли лицо. Снова заработал зуммер. Зеленый светодиод спутниковой связи на пульте погас. Задача была выполнена. После нажатия на иконку возврата включился автопилот, и коптер, набирая скорость, помчался над виноградниками в заранее отмеченную точку подбора. Она закрыла пульт, и аккуратно сложила его в сумку. Подошло покинуть эту уютную ферму и согласно легенде двигаться дальше в Виши. Но вначале надо позавтракать. Даже в ее комнате чувствовался пряный запах домашней выпечки и бодрящий аромат свежезаваренного кофе. Она с довольным видом потянулась и, по привитой родителями с детства привычке аккуратно заправив постель, спустилась вниз в столовую, где ее уже ждали радушные хозяева.

Россия, Московская область.

Реабилитационно-восстановительный центр ФСБ.

Судя по тому, что Лесовскому выделили целый блок в реабилитационном центре, и он не стеснял себя в выборе оборудования, начальство относилось к исследованиям Сингулярности очень серьезно. Но, не смотря на дорогущие приборы, и полдюжины профессоров, собранных ему в помощь со всей страны, работа продвигалась очень медленно. За последние несколько дней уже около сотни «добровольцев» прошли через процедуру нейростимулирования. Результаты были очень интересными, и в другое время, увлекшись, он ушел бы с головой в их изучение. Но теперь перед ним стояла другая цель.

Они знали про клауструм, триарх, и Сингулярность. Они знали, что человек при нужном воздействии на мозг может войти в состояние измененного сознания и вступить в контакт, если не с самой Сингулярностью, то с окружающим ее полем. Татьяна, Ривье и Монтини это уже делали. Причем в Китае контакт был спровоцирован искусственно. Значит, при определенных параметрах всем процессом можно управлять. Осталось только найти правильную формулу стимуляции триарха. И здесь возникала основная проблема.

Данные полученные во время стимуляции мозга Ривье во Франции, значительно сузили диапазон поисков, но даже теперь он был настолько широк, что по прикидкам нейрологов его проработка могла занять несколько лет. Ввиду того, что Китайцы тоже работают над Сингулярностью, причем уже довольно давно, это было непозволительно долго. Ситуацию осложняло то, что работать с Ривье теперь уже не было возможности. Французы сообщили, что у него во время утренней пробежки случился сердечный приступ. Беднягу нашли через несколько часов, так что помощь оказывать было уже бесполезно.

Можно было, конечно привлечь дополнительные ресурсы, в разы увеличить количество «добровольцев», но тогда бы увеличился риск утечки информации о Сингулярности. А этого допустить было нельзя. После того что произошло в Штатах, любые данные об исследованиях подобного рода могли трактоваться ими как подготовка к применению психотронного оружия. Как Америка на это могла отреагировать, догадаться было несложно. Вашингтону сейчас был очень нужен внешний враг, чтобы направить агрессию населения за пределы страны.

Лесовский просмотрел свежие отчеты, недовольно поморщился и отвернулся от монитора. В этой ситуации нужно было простое, быстрое и эффективное решение, и профессор был уверен, что оно существовало. Более того он чувствовал, что в какой-то момент был близок к нему, но не придал тогда случайной, брошенной кем-то фразе значения и позволил ей затеряться в глубинах памяти. Он нахмурился и попытался охватить внутренним взором временной промежуток в несколько дней, с момента получения во Франции от доктора Ривье диапазона стимуляции клауструма.

Было довольно странно, но некоторые моменты на секретной базе DPSD под Парижем он видел будто со стороны, как если бы он был внешним наблюдателем. Это было довольно необычное ощущение, словно ты не был самим собой и подчинялся чьей-то воле. Лесовский пытался разобраться в том, что чувствовал, но, не найдя ответа, решил что это усталость и перегруз мозга событиями последней недели.

Недовольно хмыкнув, профессор открыл блокнот, где по старой привычке делал заметки по ходу дня, и пробежался газами по ровным строчкам на последних нескольких страницах. Все – по теме. Никаких видимых зацепок. Хотя нет, его взгляд остановился на пометке «сисадмин»* (*Администратор компьютерных систем), рядом с которой стоял знак вопроса. Лесовский нахмурился, стараясь вспомнить, почему он сделал эту запись.

Это было на одном из первых совещаний его группы, на котором обсуждался список оборудования, персонал и временные рамки исследований. Уже тогда было ясно, что времени на исследование уйдет много. И системный администратор, присланный из управления СВР* (*Служба внешней разведки), вскользь бросил одну привлекшую его внимание фразу. Он сказал тогда... Профессор от напряжения потел лоб ладонью. Да. Он сказал тогда, что после первых нескольких дней исследований можно наработать критическую массу результатов, затем загрузить их в суперкомпьютер, который вполне может выявить невидимую на первый взгляд последовательность и сузить сектор поисков. Потом снова обработать результаты из рекомендованного сектора и, если ИСИН не ошибся, то поиски сузятся еще больше. И так до того момента пока не будут выведены параметры стимуляции, очень близкие к сигнатуре возбуждения клауструма полученной во Франции. После этого можно приступать к их доработке с «добровольцами», чтобы вывести окончательную формулу. Правда, для этого нужна пара опытных программистов, чтобы создать цифровую модель всего процесса.

Точно. Цифровая модель. Этот парень говорил о цифровой модели.

Лесовский довольно улыбнулся и снова повернулся к рабочему терминалу, чтобы составить письмо начальству с просьбой выделить ему программистов и время на суперкомпьютере. Когда пальцы профессора уже коснулись сенсорной клавиатуры он вдруг замер и прислушался к себе. Ощущение, что он будто бы видит себя со стороны, появились снова. Он медленно убрал руки от терминала и опасливо оглянулся. Это не могло быть паранойей, чувство наблюдения за самим собой не вызывало страха или беспокойства. Наоборот, оно подсказывало, что его действия правильны, и введение искусственного интеллекта в проект, как раз то, что необходимо сделать. Но именно это и настораживало. Все было очень похоже на мягкую ненавязчивую манипуляцию извне, которую обычный человек даже бы не заметил.

Нервно сглотнув, Лесовский поднялся и зашагал по комнате.

Стараясь отвлечься от темы, он стал вспоминать свой последний выход на рыбалку на небольшой речушке протекающей рядом с дачей. Несмотря на морозец, лед тогда был довольно тонкий, но если избегать промоин у берега, человека держал уверенно. Его приятели еще с вечера насверлили лунок у поваленных в воду деревьев и бросили прикорм, чтобы собрать малька, а за ним должен был подтянуться и окунь. На следующий день с самого утра они уже были на льду. Он вспомнил, как в редких тучах над поймой вставало скупое зимнее солнце, вспомнил уходящую в лунку золотистую искорку блесны, первую поклевку...

Профессор остановился у окна и посмотрел на заснеженный лес. Необычное ощущение наблюдения за самим собой пропало. Он понимающе улыбнулся, достал смарт и набрал короткий номер Татьяны, которая, надеясь уловить мимолетный контакт с Сингулярностью, большую часть времени проводила в исследовательском блоке, где проходила стимуляция «добровольцев».

Стараясь не думать об исследованиях, Лесовский попросил секретаря принести пару чашек чая. Когда Татьяна, сосредоточенная и задумчивая, вошла в кабинет, он уже с довольным видом прихлебывал ароматный напиток, сидя за небольшим столом для переговоров.

- Профессор? – чуть подняв брови, спросила она.

- Присядь, - Лесовский пододвинул ей чашку и, проследив с улыбкой, как она сделала, глоток спросил: - Ты не чего не чувствуешь?

- Нет, - покачала он головой.

- А теперь смотри, - он отставил чашку, поднялся, пересел в рабочее кресло перед терминалом, положил руки на клавиатуру и начал писать запрос на доступ к суперкомпьютеру. Ощущение, что он наблюдает за самим собой со стороны вернулось, когда он перешел к параграфу о компьютерной модели, теперь это было даже не наблюдение, а в прямом смысле осознание себя и того, что он делает откуда-то извне.

- Черт! – тихо выругалась Татьяна и умолкла, заворожено глядя на профессора.

Не обращая на нее внимания, Лесовский закончил письмо, перечитал его и, не поворачиваясь к ней, бросил:

- Смотри еще...

Профессор подумал, что не стоит отправлять это письмо, что ИСИН ничем не поможет, что все это чушь, путь в тупик. Его палец чуть коснулся иконки удаления документа. Он вдруг снова четко увидел себя со стороны, он знал, что работа с ИСИНом будет означать реальный прорыв в исследованиях. Он был уверен, что его ждет успех. Он четко осознавал, как надо поступить. Его палец переместился на иконку «отправить» и письмо ушло к адресату.

- Как вам это удалось? – заворожено прошептала Татьяна. – Как вам удалось вызвать проявление Сингулярности?

Лесовский, довольный результатом своей демонстрации, повернулся к ней в кресле и загадочно улыбнулся.