Охранитель. Мятеж в империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Сколько у немецких войск этих самых самолетов? – поинтересовался Гастев.

– Десяток в небе замечено, – уклончиво ответил Анзор.

– Значит, в скором времени они перейдут границу, – сделал я неутешительный вывод.

– По зубам получат, – усмехнулся Иван Матвеевич.

Ничего ему не ответил, следует своего советника как следует расспросить. Желательно бы еще завладеть чертежами самолетов. Думаю, немцы не дураки, совместно с бомбардировщиками и истребители клепают, а у нас нет ни хрена! Черт, это мое упущение, забыл, что техника стремительно развивается, и думал на лаврах почивать, показав свою гусеничную технику и постращав, что всех она задавит своей огневой мощью. Конечно, повторить вряд ли кто сможет наше детище, а вот создать что-то похожее – легко. Идея-то понятна, а довести до ума конструкторы легко сумеют, да и возможно при грамотной разработке внести такие изменения, что уже нам придется догонять. Н-да, виток гонки вооружений. Она постоянно шла между странами в моем родном мире, а теперь и тут начинается.

Уже сев за свой письменный стол и плеснув в бокалы грамм по тридцать коньяка, я спросил устроившегося в кресле Анзора:

– Планы альянса тебе так и не стали известны?

– Нет, переговоры они постоянно ведут, а вот результат неизвестен. По косвенным фактам и недовольству представителей Германии можно сделать вывод, что англичане подталкивают союзников, а сами пытаются остаться в стороне.

– Слушай-ка, а не уши ли французов торчат из-за покушений? – прищурился я, вспомнив об их девизе времен Робеспьера. – Или это тоже своего рода подстава и ложный след?

– Иван, ты же сам говорил, что нельзя делать выводы, исходя из каких-то подозрений, и с таким утверждением я всегда соглашался, – усмехнулся Анзор.

– Так предоставь хоть какие-нибудь улики, – устало посмотрел я на него. – Как проникла в город эта группа революционеров? Почему их прошляпили? Уверен, кто-то и в ресторане Марты им помогал! Охрана у дверей не чухнулась и никого подозрительного не заметила. Как такое могло произойти? А оружие? Кто их снабдил? Ой, да что говорить! – Я махнул рукой. – Сам все прекрасно знаешь и, думаю, ты в сыскной конторе не только на станции звонил. Так?

– Да, – кивнул мой советник и друг, встал и взял бокал с коньяком, – ты в очередной раз прав. Я дал своим людям кое-какие указания. Посмотрим, что раскопают, а рыть они будут еще как, слишком печально все могло закончиться.

– Последствия еще неизвестны, – мрачно заявил я и одним махом выпил коньяк из своего бокала. – Ладно, иди к Симе и успокой ее, что все хорошо.

– Ты бы тоже спать отправлялся, завтра же ни свет ни заря уже на ногах будешь, – направляясь к двери, сказал мой советник.

– Иди уже, – махнул я рукой и достал портсигар.

Анзор ушел, я кручу в руках зажигалку и что-то зудит внутри, чувствую, забыли сделать важное дело. Какое только, не вспомню! Стал мысленно прокручивать день чуть ли не по минутам. Уделил особое внимание перестрелке с неизвестным в ресторане. Н-да, тот стрелял на поражение и очень удивился, когда промахнулся. Кстати, если правильно запомнил простреленную столешницу столика, за которым укрывались, то стрелок еще и огонь пытался скорректировать. Даже допускаю, что, промахнись я с первого выстрела – и он меня подстрелил бы, счет времени шел на доли секунды. Но нет, это все не то! Что же я упускаю? Дошел до встречи с офицерами и выругался вслух: про газеты забыл напрочь! А те такое событие обязаны осветить со всеми подробностями. Времени два часа ночи, а я телефонистку прошу соединить меня с редактором «Вестника Екатеринбурга», надеясь, что тот на месте. Жареные новости – хлеб газетчиков, и Салибов сейчас обязан сидеть в кабинете и редактировать различные варианты.

– Слушаю, – раздался голос владельца газеты и основателя общества журналистов Екатеринбурга.

«Каюсь», к данной организации приложили руку мы с Анзором, чтобы контролировать статьи и заметки. Тем не менее пресса у нас свободная и независимая, налоги платят, и их никто не заставляет печатать нужные материалы. А то, что статьи приносятся на рецензирование и лишнее вымарывается, так это журналисты по доброй воле советуются, не хотят обидеть высоких чиновников и смуту поднять. За подстрекательство давно уже издан указ и обозначены сроки на каторге. Конечно, все это официально, через суды и представление полиции, а смутьянов будут защищать адвокаты. И тем не менее, посовещавшись и проконсультировавшись, редакторы и владельцы газет и журналов решили проявить осторожность и подстраховаться.

– Доброй ночи, Борис Ефимович, – проговорил я в трубку, – уже подготовили материалы по нападению на званом ужине в ресторане?

– Некоторые наброски есть, однако, как понимаете, времени прошло мало, подробности узнать очень сложно, – осторожно ответил мой собеседник.

– И тем не менее заметка выйдет на первой полосе с аршинным заголовком, – ухмыльнулся я.

– Так и событие нерядовое, – парировал владелец одной из самых продаваемых газет Екатеринбурга.

– Я бы вам посоветовал связаться с коллегами в столице, там забавные вещи произошли. Выводы делать и рубить сплеча сразу и бесповоротно никак нельзя. При вдумчивом рассмотрении всех событий возникает вопрос, – завуалированно проговорил я, прекрасно зная Салибова, который разбирается в том, что вслух не произнесено, и намеки понимает.

– Гм, Иван Макарович, честно говоря, вы меня сильно озадачили.

– Ой, да там ничего сложного, – усмехнулся я.

– А вопрос-то какой следует из не ведомых мне событий?

– Да вот получается, что в России эти действия имеют определенную направленность. Обращая взор на заграницу и их стремление досадить императрице Ольге Николаевне, становится понятно, что в выигрыше остаются именно те страны, что являются в данное время оппонентами нашей империи.

– И, как понимаю, мы все можем косвенно пострадать? – осторожно задал вопрос Салибов.

– Политика, – коротко ответил я, а потом продолжил: – Пару часов, думаю, вам хватит, чтобы подготовить статью. Перед публикацией я хотел бы ее прочесть, чтобы не возникло никакого недоразумения.

– Иван Макарович, немедленно свяжусь с парой известных изданий в столице, а потом, если дозволите, могу к вам явиться.