Наша троица послушно последовала за богатырями в сторону выхода из парка. Куда нас вели? Я не знала. Но все лучше, чем оставаться в месте, где на Егора напал какой-то неизвестный. Неужели это из-за того, что он якобы являлся сыном Кощея Бессмертного? И кому в таком случае мог насолить мой папа? Ведь за последние лет двадцать он вел вполне спокойную жизнь.
Ни в какое войны не ввязывался. Никого в нежить не превращал. После того, как мама заточила Тьму, что руководила некоторыми действиями отца, он перестал быть опасным. Определенно, родитель до сих пор считался одним из сильнейших колдунов Отражающего мира. Только теперь для использования силы ему не надо было искать жертву. Которую бы забрала Тьма.
Выйдя с территории парка, стражи повели нас в стоящий неподалеку двухэтажный терем. Крыша его была выкрашена в синий цвет, но участок прятался за высоким забором из добротного дерева. Будто богатыри опасались, что правонарушитель попытается от них сбежать, сиганув через ограду, вот и поставили такой высокую, за которой и входной двери было не видно.
Пройдя через ворота, которые открыли только после того, как впереди идущий мужчина назвался, мы оказались на территории отделения стражи парка. Войдя же в терем, нас тут же повели на второй этаж, а там оставили топтаться в одном из кабинетов, в котором на данный момент никто не находился.
— Сходили погулять, — проворчала Марфа, складывая руки на груди. — И голуби какие-то странные. И парк оказался опасным для жизни. Ноги моей там больше не будет.
— Вопрос в том, опасно ли теперь нам вообще куда-либо выходить, — я в задумчивости стала теребить кончик косы.
Подруга хотела сказать еще что-то, но в кабинет вошел тучный высокий мужчина с густой седой бородой. Форма на нем была почти такая же, как и на остальных стражах. Отличительной чертой являлся лишь золотистый пояс, который был подвязан под немаленьким животом.
— Добрый день, молодые люди, — произнес он, твердой походкой подходя к письменному столу, что располагался возле широкого окна. Обогнув его, опустился в кресло и продолжил: — Рассказывайте. Что произошло? Мои люди уже успели доложить мне о случившемся. Артефакты уже изымают, чтобы еще раз проверить записи непосредственно с них. А так, как вы являетесь пострадавшей стороной, мне необходимо услышать вас. Что произошло?
— На нашего друга напали, — заговорила я. — Черный сгусток ударил Егора в грудь. Потом еще один. Мы вовремя успели закрыть его щитом. Неизвестный колдун не целился в нас, — я посмотрела на стоящую рядом Марфу. — Он уже выбрал жертву. И мы не знаем, почему.
— А ваши артефакты могли заснять нападавшего? — рыжая с надеждой посмотрела на мужчину.
— Увы, — тот развел руками, — нам известно только то, что это кто-то довольно высокий. И все. Ни лица, ни принадлежности к полу. Этот колдун использовал какой-то хитрый колдовской кристалл. Точно знал, что следилки работают исправно и не пропустят его присутствие на территории парка.
Дальше я постаралась как можно подробнее рассказать о нападении. Не упустить ни одной детали, которая могла бы помочь в поимке колдуна. Семен Валентинович (хозяин кабинета все же решил представиться) качал головой и недовольно хмурился. Видно было, что он в растерянности и на данный момент бессилен.
— Мы доложим о произошедшем лично директору Высшей школы ворожбы, — стукнув ладонью по столешнице, произнес он, когда я замолчала. — Не оставим это просто так. Нападение могло закончиться смертью. Использовать такие заклинания опасно. И, тем не менее, кто-то не побоялся несколько раз бросить в вас заклинание иссушения.
— Иссушения? — переспросила я.
— Да, из меня хотели высосать всю жизненную энергию, — вместо Семена Валентиновича ответил Егор.
— У тебя нет предположений, кто бы это мог быть?
Я надеялась на то, что у друга есть хотя бы какие-нибудь размышления на этот счет. Но Егорка лишь покачал головой, давая тем самым понять, что не знает, кому это может быть нужно.
— Мои люди проводят вас до школы. Если возникнут вопросы, мы сообщим об этом вашему директору. Он даст вам знать. На этом все, — мужчина поднялся из-за стола и, пройдя к двери, распахнул ее. В коридоре никого не оказалось, и стражу пришлось выйти и позвать кого-нибудь.
Вскоре мы уже шли по улицам Гороховки в сторону учебного заведения. Сопровождать нашу троицу вызвались двое богатырей. По их лицам было понятно, что они не горели особым желанием поработать охранниками. Но приказы начальства не обсуждаются. Так что теперь они шли рядом с нами и хмуро взирали перед собой. Распрощались с ними у самых ворот. Еще раз напомнив, что в любой момент мы можем понадобиться, молодые люди удалились.
— Пойдемте, — подал голос Егор. — Чувствую, нам предстоит непростой разговор с директором и поход в лекарское крыло.
При упоминании о лекарском крыле, я поморщилась. Вот куда-куда, а там мне появляться больше не хотелось. Я ведь так и не дошла до них, когда перестала обрабатывать ладони и колени специальной заживляющей мазью. И вполне возможно, что лекари припомнят нерадивой ученице эту халатность.
Как только мы вошли в здание школы, тут же увидели хмурого директора. Он стоял неподалеку и разговаривал о чем-то с незнакомым нам преподавателем. Увидев же Егора, мужчина заскользил по одногруппнику взглядом. Явно проверял внешние повреждения.
— Сначала в лекарское крыло, потом — ко мне, — не размениваясь на приветствия, проворчал Михаил Елизарович и указал рукой в сторону нужного коридора.
Не говоря ни слова, направились, куда было велено. Деваться все равно некуда. Тем более, Егору действительно необходима помощь лекарей. Вдруг часть чужеродной магии осталась внутри него? Или моя сила каким-то образом задержалась и в любой момент может сыграть с другом злую шутку. Используя магию в парке, я не особо задумывалась над этим вопросом. Некогда было. А вот сейчас…
Алексей Георгиевич был недоволен. Сегодня у него были такие планы на вторую половину дня, а теперь ему придется возиться с нами. Все это я узнала из его же уст. Он недовольно ворчал, водя у моего лица уже знакомым артефактом. Егора и Марфу уже проверили, я же оказалась последней. И теперь леший бормотал себе под нос, что сразу три больных — это перебор. Тем более в выходной день. Тем более, когда у него намечалось свидание.
— Скажи «А-а-а-а», — лекарь поднес артефакт еще ближе к моему лицу и стал ждать, когда я открою рот.
Вздохнув, сделала, как он сказал.
— Ну, вроде все нормально. Здесь. А вот ладони и колени мы еще не проверили.
— Все в порядке, честно, — забормотала я, опуская взгляд. Так хотелось обойтись без подобной проверки.
— А вот это мне решать, — Алексей Георгиевич упер руки в бока. — Давай ладони, потом колени посмотрю.