Искусники: читать начало книги онлайн

«Переигрывает, как плохой актер в пошлом фарсе», – подумал Гейб; ситуация казалась все менее реальной. Только вот боль в щеке запульсировала с новой силой.

– Тебе просто придется сделать это до конца квартала, прежде чем итоговые цифры будут направлены Команде Наверху. Причем, практически можно гарантировать, когда они сопоставят время, потраченное на выполнение заданий, с количеством завершенных работ, то сразу заговорят о необходимости полной персональной проверки. Сюда входят все материалы в памяти системы, на чипах и других носителях. Им надо будет предъявить все без исключения, они подвергнут проверке на обоснованность все до единого заказы и запросы, сделанные тобой за последние два года. Придется отчитаться как о завершенных проектах, так и о фрагментах, буквально обо всем.

Мэнни немного помолчал, давая собеседнику переварить сказанное, но Гейб теперь мог думать только о запахе пищи, источаемом стоящим перед ним подносом. Просто желудок выворачивает. Он вынул еще один пластырь из кармана рубашки и прилепил к щеке. Через несколько мгновений пульсирующая боль чуть улеглась, зато запах пищи показался еще более тошнотворным. «Наверное, из-за жира, на котором это жарилось», – возникла непроизвольная мысль. Будь осторожен, глупость тоже накапливается.

– И если ты надеешься все «потерять», то советую тебе передумать. – Мэнни наклонился вперед, опираясь на расставленные по обеим сторонам подноса локти. – С учетом твоей низкой производительности пустые закрома будут выглядеть весьма подозрительно. Может зародиться подозрение, что ты втайне занимался каким-то посторонним проектом. Думаю, не стоит говорить о том, что случится, если они решат, что ты использовал оборудование корпорации в личных целях. – Серьезное выражение лица Мэнни вдруг переменилось. – Все ли у тебя в порядке в личной жизни?

Гейб поморщился. Что он может ответить? «Если по порядку, то сегодня утром от меня ушла жена, а когда я явился на работу, меня одним ударом свалила с ног совершенно незнакомая женщина. Теперь на меня оказали наркотическое действие обезболивающие, которые не должны были так подействовать, и в результате я слегка поглупел. Или вас интересует что-то еще?»

Тут до него дошло, что молчание после вопроса Мэнни несколько затянулось, и он ответил, пожав плечами:

– У всех есть проблемы.

– Да, конечно, – сказал Мэнни. – Но не думаю, что тебе понравится работать в условиях персональной проверки. Каждая минута будет отслеживаться. Даже на стадии первых набросков они постоянно будут следить за тобой в режиме онлайн. Большинство людей не способны заниматься творческой работой в таком режиме, а Команда Наверху еще будет ждать от тебя повышения производительности труда. Пойми, они не берут в расчет психологию творческой личности. Поэтому на плечи самой этой творческой личности ложится обязанность приспосабливать свои индивидуальные особенности под требования работы, чтобы сохранить в себе достаточно творческого импульса для игры по их правилам.

Игры. На поверхность сознания всплыл «Дом охотников за головами», отвлекая и без того рассеянное внимание. Вероятно, стараясь заглушить боль, он использовал слишком много этих пластырей. Именно от этого и предостерегала та женщина, которая его ударила. Слегка поглупел? Да, она была права, глупость действительно накапливается. Как сказала бы Марли: «Слегка поглупел, вертун? По мне – так об тебя явно обломали здоровенную дубинку глупости».

По удивленному взгляду Мэнни он понял, что улыбается. И поспешно скривил улыбку в болезненную гримасу, притронувшись к щеке.

– Клуни сказал, что тебя ударила Джина Айеси. Это так? – спросил Мэнни, положив ладонь на крышку подноса.

– По недоразумению, – сказал Гейб. – Все вышло по глупому недоразумению.

– Понятно, – сказал Мэнни, покручивая пальцами ручку на крышке подноса. – Но я надеюсь, ты со всей серьезностью отнесешься к моим словам, Гейб? Мне бы совсем не хотелось, чтобы один из наших лучших сотрудников, так долго проработавший в компании, попал в затруднительное положение.

Тут он замолк. Гейб ждал чего-то вроде совета обратиться в медчасть и проконсультироваться, не стоит ли ему подумать об имплантатах для усиления внимания. Но вместо этого Мэнни поднял, наконец, крышку подноса, чем сигнализировал начало собственно трапезы.

Гейб последовал его примеру и застыл, сидя со своей онемевшей распухшей челюстью и тупо глядя на свиную отбивную с картофельным пюре, кукурузой на початке и аккуратной горкой нарезанных соломкой сельдерея и моркови.

– А, – сказал Мэнни. – Прямо с кухни для руководства. Диета «Открой пищу заново» – единственная еда, в которую по-настоящему можно, так сказать, вонзить зубы.

Он одарил Гейба сердечной улыбкой, взял нож и вилку и принялся отрезать себе кусочек отбивной.

Громилы, поджидавшие в темном проулке – если это был действительно проулок, – выскочили оттуда, как свирепые машины с единственным заданием – убивать. Программа руководила его ответными действиями. Так он, по крайней мере, не испортит записанных па в общей хореографии; виртукостюм тоже старался компенсировать его вялость. Но и здесь была заметна некоторая ограниченность вариантов.

Может быть, подумал он, наблюдая, как Карите удалось сразить часть нападавших парализующими выстрелами из ее переделанной камеры, все дело в обезболивании, поэтому иллюзия присутствия нарушается. Он слишком хорошо чувствовал, как сенсоры играют на его нервных окончаниях, подергивают и пощипывают, имитируя получение и нанесение ударов, хотя последних, конечно, насчитывалось больше. Программа не была настроена на мазохизм.

«Ну и ладно», – промелькнуло в голове в тот момент, когда его кулак попал прямо в лоб сумеречной фигуре. За прошедшие пару часов он приноровился действовать чуть лучше. Лицо по-прежнему пульсировало под видеошлемом, но ощущение это словно находилось от него на некотором расстоянии, и боли почти не чувствовалось; во всяком случае, она ощущалась гораздо меньше, чем та резкая волна, которую сенсоры пустили после удара от костяшек пальцев вверх по руке. Должен же ты тоже что-то ощущать при ударах, в конце концов, хотя программа и делает из тебя этакого крутого парня – после самого сногсшибательного удара можно сразу встряхнуться и двинуться дальше. Как Марли: краем глаза он заметил, как ее кулак врезался громиле в солнечное сплетение, отчего тот согнулся, а она смогла добавить ему коленом в лицо. Громила свалился, но в тот же миг сбоку кинулся другой, пытаясь впечатать Марли в стенку. На секунду оба упали, но уже в следующее мгновение и этот нападающий полетел назад, размахивая руками. Гейб ступил ему навстречу и вырубил ударом карате по шее – вышло неплохо.

Марли отсалютовала этому подвигу, но тут же на ее лице отразилась тревога. Прежде чем она успела крикнуть, он уже шагнул вправо и быстро скрутил убийцу, собиравшегося напасть на него сзади. После чего обернулся, чтобы посмотреть, как дела у Кариты.

Она потешно старалась вырвать свою камеру у бандита. Тот высоко поднял руки с трофеем, и пока девушка пыталась ударить его в пах, он, пританцовывая, пятился от нее. Гейб хотел помочь, но успел сделать только один шаг, как мимо него пронеслась Марли. Она налетела на громилу сбоку, и все повалились на землю; обе девушки оказались сверху. Гейб сделал еще один шаг в их направлении и огляделся.

Проулок снова опустел, там валялся только какой-то мусор. Виртукостюм послушно воспроизвел ощущение холодного ветерка и мурашек по коже. Он посмотрел вглубь полутемного прохода, стараясь разглядеть, не скрывается ли там еще один нападающий. Точно он сказать не мог – действовал сценарий случайного выбора. Потом осторожно повернулся в сторону Марли с Каритой, которые продолжали молотить бандита, и тут вдруг остро ощутил чье-то присутствие: совсем рядом, у своего левого локтя. Ну конечно, еще один, из серии «только думаешь, что уже все, и получаешь кулаком в морду». Гейб весь подобрался, лицо уже заранее пронзила боль. Сенсоры видеошлема имели более ограниченный диапазон воздействия по сравнению с виртукостюмом, но вряд ли он вытерпит теперь даже слабую имитацию удара в лицо.

Он резко обернулся, выбросив вперед сжатую в кулак руку – и встретил пустоту. С поднятыми вверх кулаками, готовый обрушить их на любого врага, он повернулся в другую сторону, но и там никого не оказалось, хотя ощущение чужого присутствия не ослабло. Челюсть болезненно пульсировала в ожидании удара.

– Наконец-то мы одни, – сказала Марли, посмотрев сначала вправо, потом влево. Место, где они с Каритой только что молотили бандита, тоже опустело.

– Голограмма, только более ощутимая, – уверенно сказала Карита, отряхиваясь. Она подняла камеру и внимательно осмотрела, не пострадала ли. – Воздействие прямо на мозг. Наверно, просканировав нашу сетчатку при входе, на основе анализа полученных длин волн они составили код, дающий прямой вход в подсознание.

– Ненавижу, – сказала Марли. – Просто ненавижу, когда они используют твой собственный мозг против тебя таким образом. Если бы у нас хватило смекалки пройти это место с закрытыми глазами, никто бы нас и пальцем не тронул, но стоит увидеть хотя бы одного, иллюзия фиксируется, после этого закрывать глаза уже бесполезно – приходится драться.

– Сама ходи по темным переулкам с закрытыми глазами, если хочешь, – сказала Карита. – Они наверняка приготовили нам еще что-нибудь посущественнее.

– Вполне возможно, – сказала Марли, потирая костяшки пальцев, – но я терпеть не могу доставлять им удовольствие, нанося себе травмы, да еще освобождая их от необходимости биться с нами.

– Хочешь честной драки – иди в бокс. – Карита двинулась дальше по проулку, Марли – за ней, махнув Гейбу идти следом.