Чувство вины усилилось двукратно.
– Сэр, ваш завтрак готов, – произнес камердинер низким, скрипучим голосом. – Желаете поесть в столовой или принести вам завтрак сюда?
Здесь, конечно, было бы предпочтительнее, потому что Саймон смог бы все незаметно скормить Кисмету. Он вспомнил о том, как миссис Флинн присоединилась за обедом к Эмме и Лили. Может быть, если пригласить стариков позавтракать с ним, они ему все простят?
– Сегодня я бы хотел позавтракать вместе с вами.
Кустистые седые брови Харриса взлетели вверх. Он покосился на графин с виски, стоявший на буфете, как будто испугался, что Саймон выпил все до дна.
Бейнс, широко распахнув глаза, поковырял пальцем в ухе, словно пытаясь очистить его от серы.
– Вместе, милорд?
Саймон вздохнул.
– Да. Именно это я и сказал.
– В высшей степени неподобающе, – отозвался Харрис. Дворецкому хватило нахальства наклониться и принюхаться.
– Да иди ты к черту, не пил я ничего! – рявкнул Саймон. – Не обращайте внимания. Просто прикатите сюда этот чертов сервировочный столик.
Старые олухи одновременно склонили головы. Бейнс прикрыл ладонью рот и произнес голосом, который считал шепотом:
– Как ты думаешь, он пьян?
Харрис покачал головой.
– Не думаю. От него пахнет только зубным порошком.
– Почему вы двое вечно предполагаете, что я пьян вдрызг? Вопреки всему, что пишут эти чертовы бульварные газетенки, я не напивался до состояния риз уже много лет!
Оба слуги сильно покраснели.
– Вы нас слышали, милорд? – спросил Харрис.
– Думаю, вас и соседи слышали. Вас наверняка слышал даже тот старик со слуховой трубкой, что живет на дальнем конце улицы. Вы переговаривались исключительно громкими голосами.
– Ничего подобного, милорд, – с негодованием ответил Бейнс.
Саймон потер виски, борясь с желанием вышвырнуть обоих стариков из кабинета.
– Так вы хотите позавтракать вместе со мной или нет?
Они переглянулись, затем Харрис произнес:
– Почтем за честь преломить хлеб с вами.
Уголки губ Бейнса приподнялись.
– Да, нам это очень понравится.
Саймон коротко кивнул, неизвестно в который раз подумав, не нарушил ли тот удар по голове какие-нибудь схемы у него в мозгу – или, может быть, в воде Блумсбери содержится что-нибудь крайне вредное? Это казалось ему единственным объяснением того, почему он пригласил этих старых мухоморов присоединиться к нему за завтраком и почему никак не может перестать думать об Эмме Траффорд.
Тяжело вздохнув, Эмма приклеила марку на письмо Майклу. Хотя она согласилась с Саймоном в том, что в последнем письме брата нет ничего необычного для мальчишки-школьника, она все равно не могла подавить беспокойство – что-то не так.
Эмма как раз вставала из-за секретера в утренней гостиной, когда дверной молоток твердо стукнул в парадную дверь. Она открыла и обнаружила на пороге худого мужчину с длинным носом, одетого в зеленый мешковатый костюм, ярко-красный жилет и ярко-желтый галстук-бабочку. В руке он держал коричневую кожаную наплечную сумку. Этот наряд в сочетании с выдающимся носом и слишком крупными зубами делал его похожим на Безумного Шляпника из «Алисы в стране чудес».
Не дожидаясь приглашения, человек вошел в дом так, словно его тут ждали, и приподнял свой цилиндр.