Потрясенные, Вендрамин и гости слушали Паоло с открытыми ртами.
— Как вы знаете, я многому научился. Пусть я всего лишь мальчишка, но тем не менее уверен: нет в жизни ни Бога, ни дьявола, ни Девы Марии, ни ада — ничего, кроме удовольствия, прекрасных девушек и хорошего вина.
— Несчастный! — воскликнул рыбак.
— Богохульник! — вскричали сто глоток.
— Он пьян, бедняжка, — снисходительно прошептали девчушки.
— Он одержим! — воскликнули старики.
Но один пожилой рыбак, чей авторитет был бесспорен, сказал:
— Тишина!
Все тотчас же смолкли.
— Пусть парень объяснится! — приказал он.
Этот старик объехал множество морей и стран, служил Французской республике, прилично разбогател, хотя никто и не знал, как; но у него был крест ордена Почетного легиона, врученный Наполеоном, он пользовался всеобщим уважением и, по слухам, совершил немало чудесных подвигов.
Паоло поблагодарил старца дружеским жестом и смело промолвил:
— Мне нужна свобода. Я ведь был хорошим сыном. Вендрамину грех жаловаться на меня.
— Это правда! — подтвердили несколько человек.
— Но я здесь, как легкий парусник, пришвартованный к пирсу. Подует ветер — и, если канат не перерезать, парусник разобьется. Если Вендрамин не отпустит мой перлинь, я сам его сорву, и очень скоро.
— Но чем ты хочешь заняться, негодник? — со слезами на глазах воскликнул старый рыбак.
Паоло обвел собравшихся взглядом и сказал:
— Я хочу стать корсаром.
Гости содрогнулись.
— Да! — повторил он. — Да, я буду корсаром. Знаменитым корсаром… И ничто не может мне в этом помешать.
Лицо Вендрамина исказилось.
— Кто вбил ему в голову подобные мысли? — пробормотал он. — Должно быть, те проклятые книги, что всегда у него под рукой!
— Боже мой, да, — сказал Паоло. — Да, это из книг я узнал, что нет ничего более прекрасного, более желанного, более достойного человека отважного, чем жизнь морского разбойника, жизнь, о которой все вы мечтали в двадцать лет, но на которую, ввиду слабоволия, так и не решились. Я же, в отличие от вас, чувствую в себе энергию, и я стану корсаром… Ну что, выпьем за мои будущие успехи?
До краев наполнив стакан, Паоло поднял его, и никто не осмелился его урезонить.
Старый рыбак поднялся на ноги, плеснул себе вина и промолвил:
— Пью за твои доблестные подвиги, малыш. Уверен, вскоре все Средиземноморье будет знать твое имя. Я знавал много отважных капитанов, которых ни шрапнель, ни бури, ничто не могло остановить… В твои годы они были такими же. Начинаешь ты хорошо.
Сотня стаканов потянулась тогда к стакану Паоло, и в адрес его зазвучали здравицы.
— А теперь, — воскликнул юноша, гордый тем, что все, за исключением Вендрамина, поддержали его, — танцы!
Он обхватил за талию красивую девушку, ударили тамбурины, и начался бал, радостный, оживленный, вскоре ставший безумным и шумным.
Один лишь Вендрамин не принимал участия в общем веселье.