— Нет, то есть, я про то, что ветра нет, вокруг тишина, а голосов или хотя бы чего-нибудь напоминающего о том, что менее чем в двухстах шагах наш ждет лагерь из восьми взрослых, постоянно пьющих деревенщин, не слышно.
— Спят, ну или не такие уж они и шумные — предположил Эйнслин.
— Шорох, вперед! Ты едешь впереди! — Скомандовал Оулден.
— Что? Вы мне не господин.
— Разве?
— Проклятье.
Безмолвный рыцарь молча опередил отряд и первым взобрался на возвышенность. Постоял пару минут, разглядывая округу и помахал кольчужной перчаткой. Первым отправился Крунд, за ним Орсо, Оулден и Эйнслин заехали последними.
Пустой лагерь, состоящий из покосившегося большого шатра и погасшего кострища, расположился посередине низины, где долина переходила в рощицу.
— Я же говорил…Их не видно.
— Это не означает, что они исчезли. Ведь так?
— Может быть — конь под Орсо встрепенулся, отображая беспокойство своего хозяина.
— И что будем делать? — Оулдену порядком достало сидеть на коне, и но попытался вложить все свои чувство в тон голоса.
— Перепились и спят? — Предположил Эйнслин.
— Шорох…
Начал приказ Оулден, но мечник, махнув рукой и пробормотав, что то типа «понял, понял», пустил коня вниз. Орсо приказал жестом одному из своих головорезов двигаться следом.
Двое всадников осторожно приблизились к заброшенному лагерю. Остальные наблюдали за их действиями с вершины. Вот мечники спустились, заглянули в палатку, явно пустую. Головорез пощупал костер. Затем они подошли к началу рощи, что-то покричали, затем один из них отправился к одной из еле заметных пещер.
Оулден и остальные спустились к ним лишь после сигнала Шороха. сп
— Инструменты и вещи их на месте, их самих нет, никого. — Отчитался боец Орсо.
Второй головорез принялся шуршать по брошенным сумкам, перетряхивать их.
— Серебра их тоже нет. — Наконец, закончив мародерство, он отчитался.
— Забрали плату и ушли? — предположил Эйнслин.
— Ага, и не дождались второй части оплаты — буркнул Орсо.
Оулден заглянул внутрь палатки, осмотрел царивший вокруг бардак. Позади резко раздался шепот Шороха:
— На коня! — Затем последовал скрежет металла.
Он обернулся: мечник стоял с обнаженным мечем. и смотрел вдаль, как и все остальные.
— Опусти меч, это один из рабочих. — Остановил руку рыцаря Эйнслин. — Эй! — Он помахал подходившей из чащи фигуры. — Вы куда ушли? Мы тут уже разволновались!
— И не зря — вновь раздался голос Шороха.
Оулден понял его реакцию, лишь разглядев подходившего.
Человек, одетый в рваную на груди красную рубаху шел как-то бесцельно, не разбирая дороги. Его ноги то и дело цеплялись за кротовые норы и холмики муравейников. Когда он подошел на три десятка шагов, стало заметно, что лицо его с левой стороны закрывало кровавое пятно, уходившее несколькими толстыми темными дорожками до живота. Глаза его были открыты, но как будто бы не замечали окружающих, а лишь не моргая смотрели в одну точку. Он прошел мимо собравшихся. И пошел бы дальше, если бы Крунд не остановил его за плече огромной ладонью. Рабочий неожиданно укусил рыцаря за стальной наруч. По ушам ударил звук ломающихся зубов. Не достигнув плоти путник повторил, ноу же с большей силой, треск повторился.
— Да чтос тобой парень — Крунд оттолкнул его, противник обессилено рухнул наземь.