— …ты готов убить тех, кого называешь друзьями. С кем бок о бок сражался.
— Дунланг мне не друг, я уважаю его, не так как твоего дядю или отца, но…такова воля богов, так надо. Твой отец разве пощадил кого-нибудь ради своей цели.
— У него не было цели…он просто хотел убить как можно больше.
— Ошибаешься — у него была цель. Даже несколько — первая- свободу для северян…
— И поэтому резал их во имя своих дананнских дружков. Для их свободы. — Боль окончательно покинула тело, уступив место гневу. — Поэтому сбежал, оставив свою семью, братьев.
— Нет, это во имя второй цели, той, что мне постигнуть не удалось.
— И какой же?
— Вернуть истину. — Закончил он, словно это объясняло все.
— Никогда его не понимал.
— Я помню тебя, как ты крутился вокруг него, мешался под ногами воинов и друидов…мешался. У меня тогда этой красоты не было — он указал ладонью на лицо. Отпил из бурдюка, передал собеседнику.
Рука оказалась на этот раз твердой, теперь то он и миску бы не уронил.
— Вокруг отца болталось много безумцев.
— И я был средин них, и был рад этому. Впервые, после нашим великих предков, что сражались с Альфредом и шли бок о бок с Морриган, у нас появился настоящий вождь, ведающий истину.
— В чем ваша истина. — Алкоголь слишком быстро и слишком сильно ударил по ослабевшему телу и разуму. — Эта та самая истина, что заставляет тебя нести своих соплеменников на разделочный стол друидов за хребтом?
— Это лишь ступень в ее познании. Плоть и кровь — путь познания истины. Испей кровь, вкуси плоть. — Голос его снова стал стальным.
В ушах Хага загудело, вновь всплыли образы: танцующие тени, рогатый воин в пламени и безумный хор, возглавляемый отцом — «вкуси плоть, вкуси плоть».
— Я думал ты познал ее? Разве, отец не поведал тебе…или ты ее не понял.
— Я не могу ее понять, я не могу понять, что за истина заставила моего отца оставить мою мать, оставить своего сына. Бросить нас в лапы разъяренным муровингов. Знаешь, что случилось, когда он исчез. Оставшиеся муровинги принялись резать нас, они убили жену моего дяди, покалечили брата, вырезали два наших селения. Не в силах тягаться с всадниками Тавруса они принялись убивать северян. Отец оставил этих мясников с нами один на один, а сам сбежал, бросив нас в лапы насильников и убийц. Эту истину мне понять?
— Уход твоего отца — часть пути к ней, к этой истине. И поверь мне, если бы ты знал причины, ты бы понял.
— Так расскажи мне.
— Не мое право. — Коротко бросил вождь.
— Пустая болтовня — фыркнул Хаг, алкоголь и злость окончательно затуманили мысли. — Ты пришел к истине?
— Почти, я пытался следовать по пути твоего отца, но огонь лишь обжег меня, а плоть не пролезла в горло. Я слишком слаб. Но друиды помогут мне.
— И что дальше?
— Что ты имеешь ввиду?
— Когда вы познаете ее, что дальше? Когда ты вырежешь весь север на алтаре своего вороньего бога, что дальше?
— Дальше — кто знает? Мы приведем истинного короля, того, что вернет все на круги своя.
Хаг рассмеялся:
— Ага, самого Артура Рейна из могилы достанете.
— Хмм., возможно и так.