– Жаль. Когда-то мы хотели пожениться. Я в Тиходонске проездом и хотел с ней встретиться. Ты можешь найти мне ее адрес? – Гаврош положил на крахмальную белую скатерть красную, в цвет вина, пятитысячную купюру.
– Конечно, без вопросов! – купюра, будто сама по себе, мгновенно исчезла в прорези синего фартука. А через несколько минут на стол лег бумажный квадратик, исписанный неровным почерком. Гаврош удовлетворенно сунул его в карман и принялся за еду.
Надо сказать, что, несмотря на рекомендации официанта и заоблачную цену, обед не доставил ему особого удовольствия. Пять кусочков сыра, какие-то кисло-соленые ягоды и один-единственный кусок жареного мяса – таких он привык съедать целую тарелку. Да и вино… Какое там «послевкусие», какие «фруктовые нотки», о которых соловьем пел Иван! Безвкусное пойло, как компот. То ли дело обжигающий глоток хорошего самогона, которым он, правда, тоже особо не увлекался! Но, несмотря на некоторое разочарование, он всё съел и всё выпил.
То ли по случайному стечению обстоятельств, а скорей всего по причине обеденного времени, как раз в этот момент Бампер, у себя во дворе, за летней кухней, поставил на стол, рядом с холодными котлетами и соленьями, шкворчащую сковороду жареной картошки с луком.
– Наливай, чего сидишь, сачкуешь?! – приказал он Толстому.
Сёмка охотно схватил початую бутылку водки и наполнил два маленьких, стограммовых стаканчика.
– Ну, будем! За фарт!
Они чокнулись, однако, ни выпить, ни закусить не успели. Скрипнула калитка, послышались тяжёлые уверенные шаги, и из-за угла кухни стремительно вывернули три коротко стриженных, целеустремленных парня с грубыми, не сулящими ничего хорошего лицами – словно идущие по следу волки. Это была тройка из бывшего звена Еремея: Мирон, Кот и Заяц.
Бампер знал лишь одного из них – Мирона, а Толстый не знал никого, но оба одновременно поняли, что за люди перед ними и что пришли они не просто так. Невыпитые стаканчики со стуком вернулись на стол, расплескав содержимое – стало ясно, что никаким фартом от незваных гостей не пахнет.
– Здорово, Мирон, – сказал Бампер, не уверенный, что тот вспомнит их случайную мимолетную встречу. Но Толстый Сёмка приободрился: Бампер тертый калач, он всех блатных знает, значит, все в порядке! Однако насчет «порядка» он ошибся: Мирон не заключил «тертого калача» в братские объятия, не протянул руку и даже не поздоровался. Вместо этого ударил ногой.
– Хрясь! – сломался выбитый из-под Бампера стул.
– Плюх! – Кот отвесил оплеуху Толстому, и тот тоже свалился на землю.
Мирон схватил Бампера, как котёнка, за шиворот, оттащил от стола и профессионально ударил в челюсть – тот перелетел через выложенную кирпичом дорожку и растянулся на мягкой земле. Через мгновенье рядом с ним опрокинулся и Толстый. Он машинально подполз к оказавшемуся рядом абрикосовому дереву и сел, прижавшись спиной к шершавому стволу, будто собирался отстреливаться. На самом деле твердая опора за спиной на миг придала ему чувство защищенности, которое тут же развеял упертый в лоб пистолет. Бампер лежал без сознания, раскинув руки. Заяц пнул его ногой в бок, но тот не шевельнулся. Неизвестно вообще – жив он или мертв…
«За что они нас так?» – подумал Сёмка, вспомнив, как он в пятом классе ползал в грязи с разбитым носом и пытался встать, а шестиклассник по прозвищу Короб пинал его ногой, и он снова падал… Дружки Короба смеялись, но вдруг откуда-то появился Валера, налетел на обидчика и избил его в кровь… Да и дружкам чуть не навалял, но они включили заднюю передачу.
«Вот бы сейчас, как тогда…»
Но внезапная помощь и наказание обидчиков часто встречаются только в кино и в воображении обиженных. В реальной жизни все происходит иначе. И действительно, Валера не появлялся. Хотя…
– Мне нужен Перевозчик! – процедил Мирон. – Где его искать?
Оказывается, старый друг интересует этих бандитов! Но он его, конечно, никогда не выдаст!
– Не знаю… Я его давно не видел, – невнятно бормотал полумертвый от страха Сёмка.
– Не гони, жирный, мозги вышибу!
– Этот сученыш нашу тачку дернул! – вмешался Заяц. – Наши вещи забрал. Мы только хотим их вернуть!
– Он сам виноват. Чего тебе за него в землю ложиться? – Мирон демонстративно взвел курок. Сухой щелчок дал понять, что от смерти Сёмку отделяет легкое движение корявого, с обгрызенным ногтем пальца. А в том, что он шевельнется, нет никакого сомнения… И его мозги действительно вылетят наружу… А эти рожи продолжат искать Валеру и обязательно найдут… Да и Бампер сейчас очухается и все расскажет. Так что, от него, Семена, ничего не зависит – он ничем не может помочь…
– Считаю до трех! Раз, два…
Сёмка заплакал.
– Лермонтовская сто восемьдесят, квартира двенадцать…
Этот же адрес назвал таксисту вышедший из ресторана Гаврош.
Это был пятиэтажный дом сталинской постройки, судя по обновленному фасаду, подвергавшийся капитальному ремонту. В скверике напротив Гаврош натянул латексные перчатки, поглубже надвинул бейсболку, скрывая лицо от возможных видеокамер, и прогулочным шагом направился ко входу. По стертым клавишам замка, он определил код и вошел в чистый, приятно пахнущий подъезд – здесь явно не ссали по углам. Поднялся на третий этаж и позвонил у деревянной двери с потертой полировкой. Никакого ответа. Постучал, подергал ручку, приложил ухо к дверной щели и прислушался – тишина. Оглядевшись, достал отмычки, вставил в замочную скважину, с минуту повозился… Наконец, раздался щелчок и дверь открылась. Он ужом проскользнул внутрь, заперся, посмотрел в глазок – никого!
Прошелся по квартире. На двери между комнатами висел красивый цветной плакат – тот самый, о котором говорил Бразилич: гибкая стройная девушка в полный рост – короткий топик, сетчатые чулки, высоченные каблуки. Над головой полукругом имя – «Марго»…
Марго и Перевозчик уходили утром явно второпях: постель была не заправлена, в кресле – небрежно брошенная женская блузка, бюстгальтер, юбка, на столе в кухне – две немытые чашки и тарелки с хлебными крошками. Гаврош осмотрел посудные шкафчики, ящики стола, потом прошел в гостиную, заглянул в шифоньер, под завязку забитый вещами, в основном женскими. Так же наскоро пошарил в спальне. Как и следовало ожидать, телефона не нашел: это было бы слишком просто! А тщательно обыскивать квартиру нет возможности – увлечешься и пропустишь приход хозяев… Или, что еще хуже, менты приедут и захватят врасплох…
Он поискал место для засады и нашел: кладовка в коридорчике между спальней и гостиной – довольно просторная, и дверь не скрипит… Оставалось дождаться хозяев… Он привинтил глушитель к «ПМ», сел в свободное от вещей красотки Марго кресло и стал ждать. К этому ему было не привыкать… Он мог просидеть так несколько часов – сколько понадобится. Скорей всего, они придут к вечеру.