– Авила? Гены? Так я его знаю! Я могу с ним поговорить, объяснить…
– Что ты объяснишь?! – вскипел Валера. – Не бабьего ума это дело! Уезжай из города, я позвоню. Пока!
– Так, а что…
Он отключился и отправился в гараж, о котором никто не знал. Собственно, даже не в гараж, а в переоборудованную из гаража квартиру, в которой имелось почти всё необходимое для жизни, в том числе телевизор. Это уже была роскошь, но сейчас он пригодился. В вечерних новостях передали: «Сегодня по адресу Лермонтовская сто восемьдесят были обнаружены три трупа с огнестрельными ранениями… Предположительно, убийство совершил гражданин, арендующий квартиру номер двенадцать, который скрылся с места происшествия. Личности потерпевших и подозреваемого устанавливаются…»
– Твою ж мать! – выругался Перевозчик. – Какая же падла эта сделала? Ну, я его найду!
На глубоко законспирированной квартире, которую снял на свой паспорт верный друг Серюня и о которой теперь никто не знал, эту же передачу смотрел Гаврош.
– Хорошо, пусть ищут этого козла! – усмехнулся он. – Только я его раньше найду!
А в своем комфортабельном доме Авил бил кулаком по столу и орал на вытянувшегося перед ним Голуба:
– Ты совсем охренел?! Скоро у нас бойцов не останется! Живо найти этих псов – Гавроша и Перевозчика! Живо!
Так жизненные пути профессионального киллера и профессионального угонщика переплелись в тугой узел, чего ни один, ни другой никогда не могли представить. Но человек предполагает, а Рок располагает. Гаврош стал охотиться на Перевозчика, Перевозчик – на Гавроша, а Авил – на обоих. Начинался второй акт спектакля Судьбы.
Часть вторая
Путь свиного киллера
Глава 1
Привычка к ножу
Свой первый нож Серёга Гаврин помнил не хуже, чем первую любовь. Даже, пожалуй, лучше. Черты лица Нинки Кузнецовой, дочери председателя сельсовета, со временем стёрлись из памяти, а вот подаренный отцом складень не забывался! Тогда он пришел из школы, отец уже вернулся из города, где продал мясо на рынке. Они с дядей Вовой Комаровым, мужем маминой сестры Галины, забили очередную свинью, осмолили щетину паяльной лампой и приступили к пропарке: обложили тушу соломой и подожгли. Чтобы дым проникал внутрь, воткнули в пасть кукурузный початок: сало и мясо после такой процедуры становились гораздо вкуснее.
– Ну, отличник учебы, как дела? – отец обнял его, прижал к себе. Он был в рабочей одежде: растянутых трениках, синей майке и галошах на босу ногу. – С выручки сюрприз для тебя приготовил!
– Какой сюрприз? – заинтересовался сын, пропустив вопрос об учебе мимо ушей – он был далеко не отличником, отец просто шутил таким образом.
– Потерпи, узнаешь! – усмехнулся отец и похлопал его по плечу. – Пойди пока, матери помоги!
Мать, стоя у печи рядом с летней кухней, помешивала деревянной лопаткой «поросячью кашу» – так все называли варево из ячневой крупы и картофельных очисток, пузырящееся в большом чугунном котле. Обычно он всегда помогал матери – почти два десятка свиней нужно было кормить по расписанию. И сейчас бросил портфель на крыльцо вросшей в землю саманной хаты, привычно взобрался на табуретку и, отняв у матери лопатку, принялся за работу.
– Молодец, сынуля, – она вздохнула, растрепала сыну волосы. – А я пойду на стол приготовлю, да к деду Тимофею сбегаю. Володя-то с нами обедать будет, они с отцом без самогонки не обойдутся…
– Это точно! – весело отозвался отец, услышав конец фразы. – Тем более с получки!
А дядя Вова и вовсе оживился, возбужденно потер ладони и подмигнул.
Серега мешал бурлящее варево и с голодухи глотал слюну даже на запах «поросячей каши». Чтобы отвлечься, смотрел, как мужики ладно справляются со своим делом. Дядя Вова был здоровенный лоб – высокий, мордатый, косая сажень в плечах. Замасленный комбинезон тракториста на нем готов был лопнуть по швам. А отец ниже почти на голову и в плечах пожиже, хотя жилистый, выносливый, и характер у него, как гранитный камень…
Когда пропарка была окончена, дядя Вова сгрёб жар вилами, подошёл к почерневшей от гари туше и одним движением отрезал закопченный закрученный хвост.
– Пацанчик, иди сюда! – позвал он.
– Чё? – отозвался Сергей.
– Иди, чё-то дам!
Мальчик тщательно облизал налипшую на руку кашу, спрыгнул со стула и подошёл.
– На! – протянул Вова свиной хвост. – Мусоль, пока тёплый!
Сергей с хрустом откусил кусок хрящевой ткани с толстого конца и принялся жевать, не отводя глаз от самодельного ножа с длинным матовым лезвием в руке дядьки.
– Нравится? – заметил тот. – Рано тебе ещё такой!