— О, ты привыкла к своему положению? — ухмыльнулся Ома. — Значит, так. Сегодня я покажу тебе начертания — будешь учиться читать на вестроне и на синдарине. Постарайся усваивать быстро… у меня нет времени подолгу тут с тобой сидеть. Я также готовлюсь к обороне.
— Это он просил?
— Это я утомился наблюдать, как ты носишься тут по кругу вдоль стены, приседаешь под счет и принимаешь непотребные позы. Не такая, как ты, смогла бы заинтересовать Хозяина — странно, что он выбрал тебя. Я хочу занять твою голову, чтобы ты перестала так истошно упражнять тело.
— А ты меня можешь видеть? — пролепетала Ветка. И тут не такая. Но собственно, и не надо.
— Ну, ты все-таки не в своем доме, а в плену. Так или иначе, и что бы ты не делала, за тобой наблюдают, — Ветка живо представила, как иронично, в тон голосу, кривятся обрубленные губы.
— Кошмар.
Ома медленно стянул черные, набитые металлом перчатки. Подтянул стол ближе к ложу — стульев или кресел тут все равно не было. Выложил маленькую, плотно закрытую чернильницу, несколько листов пергамента, несколько очиненных перьев.
— Зачем ты помогаешь мне? — спросила Ветка. — Зачем… подсказываешь? Я же все поняла…
— Все время, Ольва. Все время чьи-то глаза. Итак. Смотри. Сперва вестрон, и сразу немного эльфийских рун. Короли требовали от Хозяина, чтобы он тебя показал. Он отказался, сказав, что им придется верить ему на слово. Но он может и передумать. В идее показать тебя Торину Дубощиту и Трандуилу Орофериону кроется для него большое искушение, так как с тобой он может продемонстрировать и себя самого — в собственной мощи и красе. В противном случае от тебя можно показать часть. Ты готова?
Ветка кивнула и послушно нагнулась над пергаментом. Голос Саурона пах застарелыми незаживающими ранами, псиной, сажей и сиренью. Что было очень, очень странно…
Руки его были сильными, с длинными пальцами, с твердыми ногтями, обведенными по краю темным — но отчего-то эта грязь не смутила Ветку. Видно было, что Ома любит и умеет обращаться и с пером, и с книгами.
Когда тюремщик ушел, Ветка зарылась в постель и суммировала сказанное и осознанное самостоятельно.
Безгубый ужас симпатизировал ей. Либо — играл в хорошего полицейского. Никому не верить, не дождетесь.
Если ее повезут показывать, надо быть готовой удирать. Пожалуй, это единственный шанс. Башня необорима. Она все проверила — остается метод Монте-Кристо, но тут нечего было копать… только камень. Только.
Если оставаться — вспомнить слова Саурона. Он хочет, чтобы его любили. Сыграть любовь так, чтобы она дрожала на грани правды. Темная Королева — это намного лучше, чем дрожащая в плену беременная игрушка.
Каждый выигранный для сына день — это выигранный день.
И есть, что дадут.
Ветка, составив план, открыла дверцу клетки, сплетенной из ивовых прутьев — соловей выпрыгнул, миг посидел на ее пальце, взмыл наверх — полетел кругами, достиг вентиляционных окошек, и исчез.
— Если сможешь, — уныло сказала вслед пичуге Ветка, — если сможешь, сообщи ему, что я жива. Что мы живы. И пусть держит лес как следует. А то, ишь… набежали охотники. Нет уж. Нет уж…
Комментарий к Глава 3. Голос
http://1.bp.blogspot.com/-uGhucZD3Gvs/UDf8NRe6_kI/AAAAAAAANFQ/yO4_bIIpnWs/s1600/mouth-of-sauron.jpg
http://www.resimbul.com/sonuc/yuzuk/yuzuk-savasi/yuzuk-savasi-fc5886.jpg
http://www.vmir.su/uploads/posts/2013-09/1380465445_065.jpg
https://www.youtube.com/watch?v=To_RJ_mPNqM
Голос Саурона - канонный персонаж, в самом деле Темный Нуменорец. Когда начал возрождаться Барад Дур, его бессменный комендант и глашатай Саурона (у которого тогда с телесностью стало совсем плохо). Но Голос Саурона служил Гортхауру и ранее, он не взялся из ниоткуда, и на момент описываемых событий уже был, естественно. Это, так сказать, идейная фигура - как сам Саурон в свое время избрал Моргота, так Ома (“голос”, квенья) избрал Саурона.
========== Глава 4. Слово ==========
Комментарий к Глава 4. Слово
Прошу прощения за долгую задержку!
И огромное спасибо: с ЯК ****75 мне был сделан подарок.
Мне очень приятно!