— Какого типа страховка?
— Как насчет права на дополнительные заработки?
— А оплачиваемый отпуск?
— С какого возраста уход в отставку?
— Будут ли при начислении пенсии учитываться суммы предыдущих контрактов?
Еще немного — и Майлз сбежал бы самым постыдным образом. Он ожидал чего угодно — недоверия, неповиновения, попытки бунта, — только не лавины вопросов чисто практического свойства. Ему казалось, что все происходящее — дурной сон. Перед глазами возникло странное видение: Форталия Храбрый, требующий пожизненного страхового полиса у императора, наставив на него меч… Кое-как справившись с охватившей его растерянностью, Майлз объявил:
— Я всем раздам брошюры, — насколько он помнил, требуемая информация обычно содержалась в книжицах карманного формата. — Чуть позже. А что касается дополнительных привилегий… — Его взгляд отвердел. — Я сохранил вам жизнь. Остальное предстоит заработать.
Он снова обвел взглядом лица наемников. Полное замешательство — как раз то, к чему он стремился. Посеять неуверенность, разобщить и, главное, отвлечь. Пусть в этой суматохе они забудут о возможности вернуть себе свой корабль. Хотя бы на неделю. Неделя — больше ему не нужно. А там пусть Даум с ними разбирается.
И все же что-то в их лицах не давало ему покоя, хотя он не мог сказать точно, что именно… Ладно, подумал Майлз, сейчас основная задача — с достоинством покинуть сцену, а их всех отправить по рабочим местам. И еще — хотя бы минуту-другую переговорить с Ботари наедине.
— Список с вашими назначениями — у командора Элен Ботари. Прежде чем разойтись, по очереди подойдите к ней. Встать! Смирно! — зычно скомандовал он. Наемники вразнобой поднялись, словно забыв, как выполняются строевые команды. — Разойдись!
«И побыстрее, — подумал он. — Пока кто-нибудь из вас не задал дурацкий вопрос, на который я уж точно не найду что ответить».
До Майлза долетел обрывок разговора.
— Видал головореза?
— Головореза? Не знаю. Может быть. Зато командир что надо.
И тут только Майлз понял, что так тревожило его в этих лицах. Это было то же неспокойное, голодное ожидание, какое он уже видел в глазах Мэйхью и Джезека. Что и говорить, не очень-то уютно, когда на тебя так смотрят. Он отозвал Ботари в сторону:
— Сержант, у вас сохранилась копия устава Имперской службы Барраяра?
Кажется, Ботари всюду таскал с собой устав — это была его Библия, и неизвестно, читал ли он еще что-нибудь в своей жизни.
— Так точно, милорд, — подтвердил тот, вопросительно подняв брови.
Майлз облегченно вздохнул.
— Он мне понадобится.
— Для чего?
— Для составления Устава космофлота Дендарии.
— Не понимаю…
— Я заложу Устав в компьютер, выброшу все, что касается нашей истории и культуры, и поменяю имена. Это не должно занять слишком много времени.
— Но, милорд, это очень старый устав, — Ботари был встревожен. — Оссеровские наемники, конечно, — тупицы и лентяи, но если они увидят все эти допотопные правила…
— …то тут же попадают в обморок. Не беспокойтесь. Я модернизирую Устав.
— Генеральный штаб во главе с вашим отцом занимался этим пятнадцать лет назад. Даже им пришлось повозиться: они сидели над ним два года.
— Так всегда бывает, когда за дело берется большая компания.
Ботари покачал головой.
Неслышными, легкими шагами подошла Элен. Она заметно нервничала, но волнение только красило ее. «Будто породистая кобылка перед скачками, — подумал Майлз, любуясь ее румянцем».