— Как там барраярец? — рискнул поинтересоваться Майлз. — Он… гм-м… поправится?
— Не так уж плохо. Разрезы очень чистые и, к счастью, прошли чуть ниже коленных суставов — это спасло нас от массы осложнений. После всего он просто станет сантиметра на три короче.
Майлз поморщился.
— Он уже встанет на ноги к тому времени, как окажется дома, — добавила она, — учитывая, что путешествие займет недель шесть.
— А! Прекрасно.
Но предположим, шальной луч плазмотрона прошелся бы прямо по коленям Форберга. Или где-то на метр выше, разрезав его пополам. Даже чудесам, которые совершают дендарийские мастера-хирурги, есть предел. Вряд ли бы это стало кульминацией карьеры Майлза: сперва беспечным тоном сообщить шефу СБ, что он сможет спасти Форберга, почти не отвлекаясь от текущих дел, а затем привезти его упакованным в мешок для трупов. В два мешка. Майлз ощутил слабость от диковинной смеси ужаса и облегчения. «Бог мой, как неудобно будет все это объяснять Иллиану!» Хирург просматривала результаты сканирования, бормоча всякие волшебные медицинские словечки. — Мы по-прежнему в самом начале. Никаких явных аномалий не видно. Единственный способ, каким я могу внести немного ясности, — это вести наблюдения во время вашего приступа.
— Черт, по-моему, мы уже испробовали все известные науке виды стрессов, электрошоков и стимуляторов, пытаясь вызывать его прямо в лаборатории. А я думал, пилюли, которые вы мне дали, взяли процесс под контроль.
— Это обычный-то антиконвульсант? А вы его правильно принимали? — она поглядела на Майлза с подозрением.
— Да, — он оборвал свои еще более дурацкие протесты. — А вы не думали испробовать еще что-то?
— Нет. Потому-то и дала вам этот монитор для постоянного ношения. — Она окинула взглядом смотровую и не обнаружила приборчика. — А где он?
— В моей каюте.
Она раздраженно поджала губы.
— Дайте-ка я догадаюсь… В тот момент на вас его не было.
— Он не помещался под мою боевую броню.
Она стиснула зубы:
— Не могли бы вы по крайней мере подумать о том, чтобы… чтобы отключить свое оружие?
— Вряд ли я оказался бы полезен моему отряду в случае опасности, будь я разоружен. С тем же успехом я мог бы остаться на борту «Перегрина».
— Вы сами и есть опасность. И вам, безусловно, следовало остаться на «Перегрине».
«Или дома, на Барраяре.» Но сохранение в тайне персоны Форберга было самой насущной частью задания, а Майлз — единственным дендарийским офицером, которому СБ доверила барраярские имперские опознавательные коды. — Я… — он прикусил язык, оборвав свою тщетную защиту, и заговорил снова: — Вы совершенно правы. Этого больше не повторится, пока… пока мы с этим не разберемся. Что нам теперь делать?
Хирург развела руками: — Я провела все тесты, какие знаю. Очевидно, что антиконвульсант — это не решение. Это некая разновидность идеосинкразического криогенного повреждения на клеточном или субклеточном уровне. Вам следует показать свою голову самому одаренному крионеврологу, какого вы сможете найти.
Майлз вздохнул и нырнул в свою черную футболку и серую форменную куртку. — На данный момент все? Мне нужно срочно проследить за допросом пленных.
— Уж я думаю. — Она поморщилась. — Только сделайте нам всем одолжение. Не ходите с оружием.
— Есть, мэм, — смиренно произнес Майлз и смылся.
Глава 2
Майлз сидел перед шифрованным комм-пультом в своей каюте на борту флагмана «Перегрин», составляя свой, похоже, тысячный секретный рапорт с места действий шефу Имперской безопасности Барраяра Саймону Иллиану. Ладно, «тысячный» — это нонсенс. В среднем у него было не более трех-четырех операций в год, и по сути он был на этой работе меньше десяти лет, начиная со своих приключений во время вторжения на Верван, которые и придали всему официальный статус. Меньше сорока заданий. Но он уже не мог навскидку сказать номер последнего, если специально не задумывался. И это вовсе не следствие затяжной криоамнезии.
«Веди отчетность, парень.» Его персональный конспект — не просто краткий путеводитель по прилагаемым к нему сырым данным, отобранным из файлов Дендарийского флота. Аналитикам из разведки Иллиана нравится получать кучу сырых данных, чтобы было во что вгрызаться. Тогда эти обитатели крошечных комнатушек в недрах штаб-квартиры СБ в Форбарр-Султане обеспечены работой. И развлечением, как порой боялся Майлз.
«Перегрин», «Ариэль» и остальные корабли избранной боевой группы адмирала Нейсмита висели на орбите планеты Сумерек Зоава. Бухгалтеру флота выпала пара весьма занятых дней: ей пришлось улаживать дела со страховой компанией, получившей наконец обратно свой грузовик вместе с командой; оформлять заявку на трофейную выплату за захваченные пиратские корабли и заполнять официальные заявления на премиальные в посольстве Станции Вега. В свой рапорт Майлз таблицу доходов и расходов вставил целиком — как «Приложение А».
Пленных отправили вниз, чтобы веганские и зоавские власти сами их разделили — желательно в том же смысле, как беднягу Форберга. Экс-пираты оказались мерзкой шайкой. Майлз почти жалел, что их шлюпка сдалась. В «Приложении Б» имелись копии дендарийских записей допроса пленных. Наземные власти получат отредактированную версию, откуда будет удалена большая часть имеющих отношение к Барраяру вопросов и ответов. Множество признаний в преступлениях, мало интересующих СБ, хотя веганцы должны прийти от них в изрядное волнение.
Самое важное с точки зрения Иллиана: не получено никаких улик, указывающих, что похищение барраярского курьера оказалось чем-то иным, кроме побочного эффекта угона самого корабля. Разве что — Майлз точно отметил это в своем конспекте — сведениями располагали только погибшие пираты. Поскольку в их число входили так называемый капитан и два его высокого ранга офицера, то, действуя в этом направлении, аналитики Иллиана отработают свое жалование. Но этот след вел в другую сторону: через представителей Дома Харгрейвз, пытавшихся торговаться с пиратами насчет цены — или величины выкупа — курьера. Майлз от всей души надеялся, что СБ сосредоточит на полу-криминальном джексонианском Великом Доме все свое нелюбезное внимание. Хотя агенты дома Харгрейвз, оказались исключительно — хоть и невольно — полезны дендарийцам при подготовке этой атаки.
Иллиану должен понравиться финансовый отчет. В этот раз дендарийцам не просто удалось ограничить свои расходы рамками бюджета, но и — для разнообразия — получить совершенно ошеломительную прибыль. Иллиан, уже готовый к тому, что имперские марки утекают как вода и это в порядке вещей, фактически получит своего курьерского офицера назад бесплатно. «Ну, разве мы не молодцы, а?»