На мгновение Алехан даже забыл, что перед ним великая княгиня, такой веселой и простой она казалась.
Екатерина сощурила глаза, внимательно глядя на него.
— Ваше лицо мне кого-то напоминает. Как вас зовут? Ведь вы до сих пор не представились.
— Орлов. Алексей Григорьев сын, — он попытался приподняться на локтях. Ему показалось неприличным представляться лежа.
— Орло-ов? — Задумчиво протянула она. «Ах вот откуда этот нос и губы. Но глаза… Совсем другие. Тоже хорошие, но другие. Какие-то греческие глаза». Като любила придумывать всему точные определения, и теперь зеленовато-карие очи раненого в купе с его круглым еще мальчишеским лицом и полуобнаженным торсом прекрасной лепки навеяли на нее античные ассоциации. — Орлов.
— Мой брат часто стоял в карауле во внутренних покоях, — подсказал ей Алексей.
— Ах, да, — с легким неудовольствием откликнулась цесаревна. — Только теперь его что-то не видно.
Алехана удивили раздражение и даже обида, сквозившие в ее тоне. «Неужто она знала Григория?»
— Как он поживает? — Голос великой княгини стал обжигающе ледяным. «Везет мне на Орловых! — С досадой думала она. — Никогда бы не поверила, что тот первый струсит. После того, как он провел меня по городу чуть не на глазах у полиции! Однако… Стоило мне приоткрыть ему свои карты, и его как ветром сдуло». — Так как его здоровье?
Алексей не поверил своим ушам. Она издевается?
— Как здоровье? — Переспросил он. — Да не пишет он про здоровье. Все, слава Богу, не ранен пока. Мы каждый день молимся, чтоб живым вернулся.
Руки Екатерины, мявшие мокрое полотенце, застыли.
— Откуда вернулся?
— Вестимо, из Пруссии. — Алехан не отрываясь смотрел на нее. Что-то в поведении цесаревны было необычным. Уж больно близко к сердцу она принимала судьбу Гришана.
— Из Пруссии? — переспросила Като. — Из армии, вы хотите сказать?
— Точно так, ваше высочество.
— И… и давно? — Екатерине показалось, что она не справляется с голосом.
— Полгода как.
— Полгода, — повторила она. — Лихо.
В голове у Екатерины пронесся вихрь мыслей. Быстро же они обернулись! Хорошо за ней следят! А она-то, дура, развесила уши… Но кто мог донести? Не Брюс же. Нет, подруге Като верила. Сам собой всплыл в памяти недавний разговор со Стасем. «Оставим пока это», — сказала себе великая княгиня.
«Ну Гришка, ну кабель! — Поразился Алехан. — И здесь поспел. Да есть ли такое место на земле, где о нем бабы не знают?»
— Я рада, что смогла помочь кому-то из вашей семьи, — продолжала Екатерина. — Уверьте своих родных в моей всегдашней доброжелательности.
— И мы от всей души… — машинально отозвался Орлов, — рады служить вам.
Голова у него шла кругом.
Вновь Алехан проснулся только после обеда. Есть ему не хотелось, но навязчивая Марфа залила в него здоровенную кружку куриного бульона. Потом пришел доктор Крузе и придирчиво осмотрел больного.
— Если вы не будете хорошо питаться, молодой человек, вы никогда не подниметесь с этой кровати, — сказал он.
— Мне бы домой, — попытался перебить его Алексей.
— Лежите, юноша, — сильные, но осторожные руки Крузе уронили пациента обратно в подушки. — Пока великая княгиня предоставляет вам кров и защиту, с вами ничего не случится.
— А с ней? — Орлов испытующе посмотрел на немца. — Разве мое пребывание здесь законно?
— Вы проницательны, — кивнул Крузе. — Великий князь не тот человек, который оказывает покровительство неизвестно откуда попавшим в его дом раненым.