«Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Ваше Величество, – Штанцлер, как всегда, говорил веско и убедительно. – Лучшие Люди хотят слышать Первого маршала Талига. Готов ли он возглавить армию или полагает сие предприятие неосуществимым? В последнем случае не о чем и говорить.

– Рокэ Алва, – голос Оллара дрогнул. – Если мы дадим вам чрезвычайные полномочия, обещаете ли вы, что к осени в Варасте не останется ни одного бириссца?

– Вы сможете защитить наш народ и нашу гордость? – пролепетала королева, вновь вцепившись в супруга и одновременно заглядывая в глаза Алве. – Сможете?

Ворон изысканно поклонился Их Величествам.

– Я обещаю, что к осени в Варасте не останется ни одного бириссца, способного навредить Талигу.

– Быть по сему, – торжественно провозгласил Фердинанд Оллар, – на время компании Рокэ Алва, Первый маршал Талига, назначается Проэмперадором Варасты. Победа или смерть!

– Победа или смерть! – В синих глазах Рокэ был вызов. Он получил, что хотел. Кансилльер и его сторонники тоже.

Глава 2

Оллария

«Le Trois des Coupes»[128]

1

О том, что нарочный привез из Надора письмо герцогу, Ричарду сказали на конюшне. Пако, разумеется, не знал, что было в послании, а Дик знал. Эйвон Ларак писал, что герцогиня Окделлская тяжело больна, хоть и не осознает всей тяжести своего положения, и просил Первого маршала Талига разрешить сыну свидание с матерью. «В этом, – уверял эр Август, – не откажет даже Алва». Ричард немного боялся этого письма – старая Нэн говорила, что нет ничего хуже лжи про здоровье кровных родичей, но кансилльер сказал, что так надо, и Дик согласился, но тут произошло непредвиденное. Когда письмо было написано, в стране был мир, теперь же отъезд оруженосца будет расценен как трусость, особенно если выяснится, что мать здорова.

Окделл не может быть трусом, но кансилльер требует, чтоб он уехал, да и что от него зависит? Ворон прочитает письмо, усмехнется и с удовольствием избавится от надоевшей обузы.

Последнюю неделю Алва был дома всего два раза. Первый маршал метался между дворцом, казначейством и ближними военными лагерями. Рокэ окружали адъютанты, ординарцы, посыльные, среди которых места оруженосцу не нашлось. Первому маршалу Талига услуги Ричарда Окделла без надобности, а Талигойе и королеве он нужен живым – эта война не последняя! Дик вздохнул и взялся за книгу – старые сказания были тем немногим, что скрашивало жизнь Катари, и Дик копался в библиотеке в надежде отыскать что-то, чего королева еще не знала. Теперь поискам придет конец – в Надоре нет ничего, что не было б в Гайярэ[129].

Глядя на старинную миниатюру, где коленопреклоненный рыцарь целовал вуаль плачущей дамы, Ричард понял, что не хочет домой. Он не хочет сидеть бесконечными осенними вечерами в старом зале и слушать, как матушка и Эйвон то вспоминают о былых временах, то сетуют на обвалившуюся крышу. Дик никогда не любил этих вечерних встреч, а после смерти отца они стали совсем невыносимыми. Если вернуться – все начнется снова.

Воображение Ричарда не дремало, в два счета нарисовав унылую и безнадежную картину. Матушка смотрит на вернувшегося сына так, словно во всем виноват именно он, Эйвон вздыхает и жалуется на здоровье, сестры молчат и тыкают иголками в пяльцы, хотя никому не нужными вышивками забиты все сундуки Надора. У камина жарко, в двух шагах от него – холодно, глаза слезятся от дыма, за окнами воет ветер, на потолке с каждой осенью прибавляется трещин и копоти, а семейство Окделлов сидит и ждет, когда придет их час, а как он придет, если ничего не делать?!

Эр Август говорит, что сын Эгмонта не вправе рисковать, но отец в юности воевал за Талиг и дослужился до генерала от кавалерии. Святой Алан, кто пойдет за безвестным трусом, всю жизнь просидевшим за спиной у матери?!

Дик оттолкнул от себя книгу о чужих подвигах и чужой любви и задумался. Слуге, принесшему записку от Наля, пришлось несколько раз окликнуть молодого господина, прежде чем тот понял, в чем дело. Кузен пришел удивительно вовремя, и Ричард, накинув плащ, выскочил на улицу.

Реджинальд пришел не просто так. Кансилльер хотел проститься с молодым Окделлом лично, но у него было очень мало времени. На углу улиц Святого Робера и Речной юношей ждала карета.

Проститься… Проститься и уехать, не повидавшись с Катари…

– Дик, – Наль казался встревоженным, – у тебя неприятности? Что-то случилось?

– У меня все в порядке. Наль, как ты думаешь, то, что я возвращаюсь, это правильно?

– Август Штанцлер знает, что делает, – быстро сказал Наль, – нужно, чтобы ты вернулся в Надор.

– Кому нужно? И зачем? Началась война. Все уйдут на юг, а я на север? К камину?

– Ну… Видишь ли… – протянул Реджинальд, – я даже не знаю.

– Закатные твари! – прикрикнул Дик. – Хватит мямлить, говори, что думаешь.

– Ну… – Наль, казалось, боится сам себя, – вообще-то… А! Дик, ты присягнул Первому маршалу. Он пойдет на войну, а ты поедешь домой…

Знаешь, есть долги, которые дворянин должен платить. Пусть Алва не желал тебе добра, но он все равно тебя спасал… Дик, эр Август тебе говорил, что на этот раз Рокэ попался?

– Говорил… Наль, ты хочешь сказать, что, когда попадался я, Ворон меня вытаскивал?

– Ну, – Наль выглядел совсем несчастным, – в общем-то… Да, именно это. Нехорошо, когда Окделл должен Алве, только ты не сердись… Это все глупости, Дикон. Мы должны думать о Талигойе, это главное. Тебя никто не осудит.

– Кроме меня, тебя и всех приличных людей. Ты прав, я не поеду в Надор и будь, что будет! А с письмом что-нибудь придумаю, или вот что… Ты мне поможешь?

– Я? – выпучил глаза Наль.