Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.

Принцесса с трудом отлепила взгляд от клюющего носом Повелителя Скал и оглянулась в поисках лакея, но прислуга разбрелась и правильно сделала. Без суетящихся дурней в алых туниках было спокойней, и принцесса собственноручно вылила в стакан остатки настойки. Неужели она выпила все? А голова совсем ясная. Проверять, может ли она встать, Матильда не рискнула. Скоро все расползутся или уснут, вот тогда она и отправится под крылышко к Лаци, пусть он решает, шарахаться от такой красоты или нет.

Вокруг не было ничего хорошего: сплошные гости, и Ее Высочество уставилась в окно, за которым зеленел лунный кусок. Омерзительный донельзя.

Бледный свет шарил по залу, превращая вельмож и послов в ядовитых подвальных лягушек, бледных, с затянутыми пленкой глазами и розовыми лапками. В Агарисе эти твари только что в тарелки не прыгали, Матильда их терпеть не могла, хотя честных сакацких квакушек запросто брала в руки. Лягушки, они как люди, одних перецеловать хочется, от других тошнит, а они копошатся, копошатся, копошатся…

– Восславим же Дом Раканов! – прохрипел вконец сорванный от восторга голос. – Восславим же государя нашего, его великие дела и благие замыслы!

Лунная лапа пробежалась по разоренному столу, вцепилась в увядающие гирлянды, мазанула по испятнанной фресками стене, послышались шаги – тяжелые, медленные. Четырежды ударил церемониальный жезл, отвратительно трезвый внук поднял кубок:

– Мы пьем здоровье Повелителя Круга! Значит, скоро конец, но как бы Повелителя не пришлось тащить из-за стола на руках. Матильда глотнула настойки, ощутила вкус имбиря, сплюнула прямо в растекшееся по тарелке желе. Чествуемый не проснулся. Рядом с посапывающим Ричардом сидел дворянин с грустным напряженным лицом, как две капли воды похожий на Дикона лет через двадцать. Перед чужаком стоял бокал, но вместо вина в нем была свеча. Зеленая, как гнилушка на болоте.

Дэвид Рокслей тоже спал, рядом с братом сжимал лунное стекло Джеймс в расстегнутом маршальском мундире. Кресло Эпинэ заняла грустная черноглазая дама, за ее спиной стоял старик в алом, по надменному лицу плясали лунные блики. Придд исчез за спиной холеного вельможи, на руке гостя горел аметист, губы были плотно сжаты. Откуда он взялся? Откуда они все взялись?

– Ваше Высочество, – прошелестело сзади. – Ваш внук и ваши подданные ждут слова хозяйки.

– Здоровье хозяев Круга! – Вдовствующая принцесса схватилась за стакан: в нем тлел зеленый огарок.

– Его Величество и Ее Высочество пьют здоровье Повелителей Круга, – прохрипел Арчибальд Берхайм. Надо же, а болтали, что его задавило. Ну и хорошо, что все живы, жаль, Робер расстроится из-за Кавендиша. Зато обрадуется из-за Рокслея, и радости будет больше.

Язычок пламени взвился вверх и погас, визгливо запиликали скрипки, с потолка посыпалась труха. Похожий на Дика дворянин встал и поклонился. Твою кавалерию, у него меч!

– Его нет! – Визгливый детский голос перекрыл шуршанье и шипенье. – А я хочу! Дай!

Девчонка. Толстенькая, щербатая, с изуродованной мордашкой. Лет шесть, не больше, а с ней бледнорожий толстяк в черно-белом.

– Мое! – Малявка топнула босой ножонкой. – Хочу! Сейчас хочу!

Толстяк подмел пол белыми перьями и водрузил шляпу на большую голову.

– Просим простить наше вторжение!

Старик в красном свел все еще черные брови, Джеймс поморщился, спящие не проснулись.

– Где он? – запищала девчонка. – Дай!

Черно-белый ухватил поганку за коленки и высоко поднял. Свечи погасли, но темней не стало.

– Не хочу! – Длинный бледный язык облизал губы. – Этих не хочу! Здесь все противные!

– Не хочешь, – зевнул толстяк, – не надо. Пошли домой!

– Нет! – Пухлая ручонка тыкала в зеленый свет. – Неси дальше! Туда!

Пришелец, тяжело ступая, пересек зал и водрузил свою ношу на стол. Малявка хихикнула, небрежно, словно танцовщица в ночной таверне, подобрала юбочку и, вихляя бедрами, пошла меж блюд и кувшинов. Пухлые ножки расшвыривали бутылки, вилки, соусники, веером разлетались брызги и объедки, звенели и лопались сброшенные на мозаичный пол тарелки, но спящие спали, а их соседи пялились на свои свечки.

Толстяк снова поклонился.

– Я вернусь, – пообещал он. – Вернусь и останусь.

Альдо приподнял кубок, взметнувшееся в нем пламя облизало лицо внука, камни на короне стали зелеными и тусклыми, словно их облепило мыло.

– Иди-иди, – обернулась топтавшаяся в залив ном гадючка. – Бу-бу-бу!

Заиграла музыка. Внук встал, подал руку улыбающемуся Айнсмеллеру и спустился в танцевальный зал. В волосах цивильного коменданта желтела бумажная хризантема. Матильда глянула на стол – цветок из пасти данарского сома исчез.

– Буду-буду-буду-буду, – бубнила девчонка в такт тяжелым удаляющимся шагам. – Удо-Удо-Удо-Удо…

Омерзительно запахло гниющей рыбой и застоявшимися благовониями. Танцующие сменили партнеров, они двигались медленно и плавно, как утопленники в канале, а музыка частила, спотыкалась, путалась. Скрипки вырывались из общего лада, взвизгивая придавленными поросятами, глухо, как в животе, урчали трубы, не к месту бил барабан, и вновь пьяно хихикали смычки.