Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.
– Идем, – Гашпар приобнял Робера за плечи, – говоришь, не едал еще нашей мешанки?
– Только слышал, – признался Иноходец, – хотя Осенний Излом и встречал с Балинтом по-алатски.
– Мешанка, то для витязей, – объяснил опекавший какие-то черные мешочки Дьердь. – Сами творим, женщин да чужих не пускаем.
– Как же их пускать? – хлюпнул носом Коломан. – Не можно женщинам на плачущих витязей глядеть! А без слез мешанку не закрутишь…
– Без слез не бывает, без тмина с кошачьим перцем тоже…
– Без тмина мешать, удачу шугать, мармалюк приваживать…
– Тмина братец не прихватил, – Гашпар откровенно веселился, – вот и пустил Излом коту рыжему под хвост.
– Ну нет! – вскинулся Эпинэ, вспоминая пляшущее в темном дворе лохматое пламя, огонь во рту и дальние зарницы. – Тмин не тмин, а встретили осень мы хорошо! Вот о чем Балинт жалел, так о скрипке.
– У нас скрипки, хвала Охотничкам, есть, – обрадовал Дьердь, – и цимбалы есть, и бубен. Как же на войну да без них? Только до чипетной чарки нельзя! Ну что, Гашпар, ты за господаря, тебе и выжарки убирать!
– Так и уберу! А ну с дороги, господарь по выжарки идет!
Витязи со смешками расступились, стал виден утвержденный над костром здоровенный таган. Гашпар ухватил какую-то штуковину и принялся что-то быстро выуживать из котла и ссыпать в довольно-таки внушительную миску, которую держал Дьердь. Управившись, Карои принял поданную чарку, выпил и провозгласил:
– Дозволяю!
– И тебе радости, – рявкнул, протискиваясь к костру, Коломан, которого почти сразу закрыла могучая даже для витязя спина.
– Выжарочная, гици!
Робер обернулся, сияющий Пишта держал в руках чарку, более похожую на стакан. Уже понимая, что его ждет, Эпинэ хлебнул. Да, это была тюрегвизе!
– Закуси, – вернувшийся Гашпар сунул в руку свернутую лепешку. Внутри оказалась зелень и еще немного огня. До невозможности вкусного.
– Лук пошел! – возвестили от котла. – Как есть пошел!
– Луковая, гици!..
Вторая чарка, и когда успели налить, уже ждала. Пришлось пить и закусывать все той же лепешкой, причем огонь внутри оказался пресловутой выжаркой, дополнительно приправленной на редкость злобным чесноком.
– Сладкая – моя! – длинный Гергей топнул ногой. Таким голосом объявляют о праве на поединок или о праве на любовь, но речь шла о том, кому бросать сладкий перец в дозревший до такого счастья лук.
– Тогда кошачья мне!
– Гостя, гостя не забудьте…
– Мясную ему!
– Лучше тминную…
– И то…
– После водяной передохнём, – утешил Балинт, – часика два, а там, глядишь, и Ворон подлетит!
– Сюда? – ухватился хоть за что-то понятное Эпинэ. – К вам?
– А с кем ему ночку коротать? Не с «гусями» же!
– Обойдет всех, да к нам.
– Пивопойцы тоже неплохи были!