«Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Из-за головы? – простецки удивился Валме.

Ворон погладил лошадь.

– Когда уходит боль, это счастье, – объяснил он все с той же улыбочкой. – Очень простенькое, но очень действенное, его трудно заменить.

– Бедный папенька, – фыркнул Марсель. – Но он восполнит… Я тебе еще не говорил, вернее, тебе не говорил Эпинэ. Иноходец не скрытный, просто он иногда думает, вот и додумался, что тебе чужие ноги без надобности, а любящий сын должен обрадоваться. Я, конечно, обрадовался, но не настолько, чтобы поглупеть. Так вот, Эпинэ говорит – папенька встал, потому что грохнулась ваза, только вазе такое не устроить, вот Рожа, та может…

– Рожа… Может… Непривычная рифма.

– Зато без «это было»! – Любой бы такой бред перебил, любой, но не Рокэ! – Ты не думал, почему рож не четыре, а, если Коко не врет, две?

– Еще нет.

Не думал он… Ну так пусть подумает! Валме чихнул и сменил тактику.

– Я говорил, что хвост деве не помеха?

– Как и крылья. Докладывай.

Об исцелении виконт размышлял с самой Хандавы, благо времени хватало – Ворон потрошил сперва Темплтона, потом, когда тот убрался к Дьегаррону, Ларака и на закуску – Иноходца. Похоже, допотрошился.

– Я бы доложил раньше, но ты начал резвиться. – Темплтон перед докладом поправлял перевязь, это было очень по-военному, и виконт поступил так же. – В замке Старая Эпинэ имело место падение вазы значительных размеров, следствием коего, по мнению герцога Эпинэ, стало почти полное выздоровление графа Валмона. Одновременно была отмечена скоропостижная кончина находившихся в своих комнатах виконта Мевена и служанки. Герцог Эпинэ, не осведомленный о некоторых особенностях собственной личной жизни, счел случившееся стечением обстоятельств, усугубленных местом расположения замка, в то время как есть все основания полагать, что оно стало прямым следствием действий состоящей в односторонней любовной связи с герцогом полузмеи, чьи особенности…

– Прекрасный стиль, – похвалил Алва и тронул коня. – Маршал Капрас не мог не поверить вышедшим из-под твоего пера циркулярам, но в Талиге докладывают иначе. Ты связал исцеление отца со способностью спутницы забирать и отдавать силу. Мевен был ее любовником?

– Несомненно. Он попался мне на глаза с красоткой в своем вкусе, такую в трактире не подцепишь. Мало того, по утрам бедняга ползал, как зимний уж, а в Лаике, помнится, скакал перед завтраком не хуже Герарда, да и в Олларии совой не стал. Про служанку не знаю.

– Служанкам часто снятся господа.

Лошади шагали, солнышко сияло, Ворон был не прочь поболтать, но сердце Марселя екало, будто перед каким-нибудь бастионом. Лучше б у соберано разболелась голова, потом бы прошла, и он стал бы счастлив, а Марсель – спокоен.

– Папенька может быть обаятельным, – Валме придирчиво обвел глазами степь, но Котика не увидел. Как и отряда. – Мы не заблудимся?

– Нет.

– Не люблю блуждать… Помнишь, алатка говорила про двоих, что умерли, когда на Эпинэ напала нечисть? Его спасла Лауренсия, хотя это имя ей не подходит, но сперва она притворилась местной девушкой, той, что погибла вместе с женихом. А в Олларии Робер едва не сгорел, однако выскочил, зато умерла Марианна.

– И адъютант, а возможно, что и Карваль, – рассеянно напомнил Алва. Он тоже смотрел на степь, и взгляд этот Марселю не нравился. Так смотрят, желая запомнить, а запомнить хотят, прощаясь. – Адъютант, по мнению Эпинэ, носил цветы иконе святой Октавии, которую все они считали Катариной, но ты говорил об отце.

– Он ходит, – Валме облизал с чего-то пересохшие губы. – Деве с хвостом это без надобности, разве что я ей понравился и она решила попробовать других Валмонов, а с ногами, что ни говори, любить удобнее… Но тогда не сходится цена! Марианны и адъютанта с Карвалем хватило, чтоб сдержать огонь, парой из Сакаци отогнали нечисть, но две жизни на одну подагру – это слишком. Нет, сам папенька бы отдал и больше…

– Если б не отдал, совершил бы преступление против Талига, что до цены, ничего удивительного. Ты вряд ли видел военного лекаря после работы. Нанести рану проще, чем ее же заштопать, а змеедева подняла человека, который не вставал несколько лет. Графу Бертраму повезло, Мевену со служанкой – нет, но спутникам важны лишь те, кто им приглянулся или удружил.

– Так какого Змея ты врал?! – из последних сил возмутился виконт. – Я про Птице-Рыбо-Дуру. Ведь знал же, кто она и что с ней делать.

– Я не имел дела с озерными девами. В Хексберге пляшут Ветра, в Алвасете – Молнии. У нас есть Громовая скала – она стоит отдельно от общей гряды. Однажды я туда забрался, мне было лет тринадцать… Та, что спасла Эпинэ в Сакаци, была фульгой. Огнепляской, как говорят алаты, и вряд ли местной, иначе бы про нее знали. Наших знают, в грозу они ждут на уступе у мертвого кипариса, подняться туда непросто, но оно того стоит.

– Все, – упавшим голосом произнес Валме. – Ты вспомнил Алвасете, теперь только в дыру.

– Нет там дыры, – Алва прикрыл глаза и стал похож на себя времен фельпской скачки. Тогда с ним было так уютно.

– «Там»?! Так мы едем в… Гальтару?

Блудный регент еще разок улыбнулся и молча послал мерина галопом. Мерзавец, скотина, чума кэналлийская… От возмущения Марсель чуть не пришпорил кобылу, но безвинные страдать не должны. Валме просто отдал повод, Капитан радостно сорвалась с места, однако в этот раз догнать Алву почему-то не получалось.

3

Ли не слишком любил гостей, то есть тех, у кого достает времени и нет важного – для графа Савиньяка – дела. Фок Варзов был важен, и Лионель усадил маршала за обеденный стол. Время было подходящим, а решения можно принимать и за тарелкой, и в постели у красотки. Марианну это задевало, прочие дамы были слишком поглощены собой, чтобы заметить ставший отсутствующим взгляд.