«Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да.

Эк их всех прихватило, и что это за бубенчики тут понавешали?! Звенят и звенят.

— Сами тоже хлебните. Не помешает.

— После... Господин Клюгкатер, нас ждут. Пора решать. Капитан Джильди, прошу простить, но это наше дело. Дело выживших у Хексберг.

— А чего тут решать? — Юхан сказал то, чего ждал Фельсенбург, при этом ничуть не покривив душой: ублюдку, напавшему на «Утенка» и сорвавшему фрахт, одна дорога. — На рей!

2

— Закат к нашим услугам, — Вальдес подмигнул разгорающемуся горизонту, — вопрос, отправится ли туда господин Бермессер как ваш трус или как наша добыча. Мы с принцем готовы уступить друзьям Доннера.

— Да, — подтвердил Луиджи, хотя решал не он, а дриксенцы, то есть — Кальдмеер. Фельпца все больше тянуло удрать, но он сдуру дважды отказывался уйти. Оставалось смотреть на закат, потому что на людей смотреть не хотелось.

— Я так думаю, наше это дело. — Ждали адмирала, а заговорил шкипер. Он не служил и мог на начальство не озираться. — А не наше, так мое. Оно, конечно, себе дороже. С врага, уж простите, чего взять? Вздернул — и домой, а нам, если рискнем, в Дриксен ходу не будет, разве что кесарь оклемается... Только лучше регенту не потрафить, чем морю. Да и дружки у меня под Хексберг сгинули, Браунбард вон молодой... Один ведь у матери был! Так что вы как хотите, а я вперед господина Вальдеса с веревкой встану, ну а там... Море не выдаст, Фридрих не съест!

Фельсенбург дернулся что-то сказать, но сдержался, только взглянул на адмирала. Вальдес подкинул кольцо с изумрудом, поймал, поднес к глазам, снова подбросил. Леворукий бы побрал молчание! Бермессер свою веревку заслужил, как убийцы Муцио — топор. Отец, окажись он в шкуре Кальдмеера, не колебался бы, да и сам Луиджи... Разве что принимать свою месть из чужих рук обидно. Кто ты такой, если не смог сам?

— У тебя — дружки, — немолодой дриксенец, вроде бы боцман, протянул шкиперу руку, — у меня — внук...

— Я обещал фок Шнееталю. — Больше Фельсенбург на своего адмирала не косился. — Бермессер и его сообщники отправятся на рей именем Дриксен. Здесь нас трое, но лейтенант Лёффер тоже был у Хексберг. Пусть четвертым будет он.

— Постой, Руппи! — дернул щекой Кальдмеер. — Адмирал Вальдес, мы принимаем ответственность за казнь на себя. В память «Ноордкроне» и других погибших. Адмирал цур зее Бермессер и шаутбенахт фок Хосс будут повешены.

— Будут повешены все, кто лгал под присягой, — уточнил Вальдес. — Я насчитал одиннадцать человек.

— Двенадцать, — поправил Фельсенбург. — Еще Троттен.

— Руппи, — тихо окликнул Олаф, — Троттен не был в Хексберг и даже не давал показаний. Ты сводишь личные счеты...

— Да, свожу! По трактирам с враньем шлялось пятеро, осталось трое... Эта кочерыжка клялась быть рядом с Бермессером всюду. Вот и будет!

— Туда и дорога, — буркнул шкипер. — Те хоть со страху гадить начали, а этот для удовольствия.

Адмирал больше не спорил.

— Вальдес, — попросил он, — если это возможно... На флагмане должен быть палач, а священник есть на каждом линеале.

— Пусть поищут, — согласился Ротгер, — вряд ли эти господа ходили на абордаж.

— Палачу надо платить, — напомнил Фельсенбург. — Господин Вальдес, мои деньги остались на «Селезне», и я не знаю, принадлежат ли они еще мне...

— Разумеется, но флагманскому палачу пристало получать плату из корабельной кассы, а что останется... Шкипер, вы примете эти деньги в счет неустойки за сорванный фрахт? В конце концов, вам его испортил Бермессер.

— Спасибо, конечно... Только лучше б мне заработать по-честному. На том же кэналлийском.

— Фридрих без кэналлийского обойдется.

— Какой такой Фридрих?! Мы тут с его фельпским высочеством как раз думали, с каким бы ему товаром к родителю вернуться...

— А что? — засмеялся Вальдес. — Почему бы дриксенскому шкиперу не отвезти фельпскому герцогу кэналлийского? Мир сходит с ума, так пусть он делает это весело!

3

Статного священника Руппи помнил куда лучше, чем тот хотел бы, а вот палач был новым — папаша Гюнтер навеки остался на «Ноордкроне». Вальдес играл с кольцом, Кальдмеер молчал, пришлось начинать разговор.

— Как тебя зовут?