Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.

– Это другое море. – Алва закинул голову, провожая глазами плывущую в синеве крупную птицу. – Коршун… Насколько я мог понять, Валме, вы до отвращения несуеверны.

– Это семейное. А что?

– Просто я наконец понял смысл одного знамения… Раньше оно мне льстило, но главным в нем был не ворон и даже не Леворукий, а ызарги. Я не принял их в расчет… Зря.

Часть 5

«Император»[9]

Глава 1

Фельсенбург

Окрестности Мариенбурга

Ставка фок Варзов

400 год К.С. 20-й день Весенних Ветров

«Жизнь коротка, – пугал составитель трактата «О медицине», – ремесло же врача требует от избирающего его не только всего отпущенного Создателем срока, но и души«. Размеры фолианта подтверждали нешуточность угрозы, но отступать Руппи не собирался. Душа наследника Фельсенбургов уже была отдана морю и адмиралу, но хороший морской офицер обязан уметь не только прокладывать курс, управляться с парусами и стрелять из пушек, но и разбираться в ранах. Ледяной не попал бы в плен, знай его адъютант, как остановить кровь. Их спасла встреча с вражеской галерой, но больше подобных удач Руперт не желал. Может Джильди, может Бешеный, сможет и он. Удача моряка в его голове и в его руках.

Лейтенант набросился бы на медицину уже в Придде – помешали уроки иного рода и тренировки с Арно Сэ. Жаль, что назвать свое знакомство дружбой они не имели права. Оба. Потомки варитов и союзники агмов всегда останутся врагами, хотя самый опасный враг караулит отнюдь не у чужих орудий. В этом они тоже сошлись. Бермессер с Хохвенде в глазах талигойцев не перестанут быть подлецами, пусть их подлость четырежды на руку Талигу. Отца Арно застрелил тоже подлец, и неважно, что смерть маршала Савиньяка пошла на пользу Дриксен. Убийца и предатель, останься он жив, может рассчитывать на золото, но не на протянутую руку. Именно это Руппи и сказал на прощание виконту.

Сейчас Арно ждал боя, а может, уже дрался. Бруно хотел двинуть армию сразу же после ледохода, а весна в этом году нагрянула рано. Бросила в карету букетик подснежников, рассмеялась, и началось… Синие сумерки, полуденное золото, сумасшедшие летящие сны, после которых хочется смеяться и петь, а не сидеть в библиотеке, но Руппи сидел. Одолевая страницу за страницей, записывая, зарисовывая, повторяя вызубренное накануне. Он работал, а вокруг резвились солнечные зайчики. Лейтенант морщился, отворачивался, пересаживался, но светящиеся весенние пальчики тянулись за ним, норовя выманить к звенящим ручьям и набухающим почкам.

– «Хирург должен быть молод и силен. – Когда не получалось сосредоточиться, Руппи принимался читать урок вслух. – Подобно искусному бойцу, он должен в равной степени владеть обеими руками и обладать той мерой жестокости, что позволяет делать необходимое, не поддаваясь опаснейшему врагу, имя коему жалость…»

– Руппи! – В неожиданно раздавшемся нежном голосе звучал упрек. – Что за ужасные слова?

– Мама? – Лейтенант торопливо захлопнул книгу. – Это трактат по медицине… Захотелось посмотреть.

– Тебе стало хуже? – бросилась к сыну герцогиня. – Ты такой бледный…

– Ничего подобного! – запротестовал Руперт. – Я собрался написать бабушке, а она любит точность. Я решил посмотреть, как называется то, что со мной было.

– Позови мэтра Лукиана, – подсказала мама, – он продиктует, а эту книгу лучше отдать. Ее сочинил недобрый человек. Назвать жалость врагом?! Это… безбожно.

– Это иносказание, – вступился за фолиант Руппи. – Врач должен лечить, даже если это причиняет боль. Не прикажи адмирал цур зее проделать во мне еще одну дырку, меня бы уже не было.

– Не говори так, – попросила герцогиня. – Пожалуйста, никогда такого не говори.

– Не буду. – Руппи виновато прижал к губам прохладную руку и замолчал. Он слишком долго не был дома и отвык от матери, от того, что она вечно ждет худшего. «Рожденная в орлином гнезде горлинка»… Так называли единственную дочь Элизы Штарквинд. Нежную, кроткую, невероятно красивую. В детстве Руперт любил повторять за отцом, что нет волшебницы прекрасней Лотты; став взрослым, он в этом убедился. По крайней мере, никого красивее матери он не видел ни в Дриксен, ни в Талиге.

– Милый, – прошептала герцогиня, не отнимая руку, – забудем про твою книгу. Нам надо поговорить. Очень серьезно. Я сяду?

– Конечно. – Руппи поспешно отодвинул злополучный трактат. Это придется пережить. Мама будет просить об отставке или хотя бы об отпуске по болезни, он скажет «нет» и будет повторять это «нет», пока не придет письмо от Олафа или от бабушки. Слуги и сестры станут смотреть на него как на чудовище и убийцу, а мама – улыбаться и мертвым голосом говорить о фиалках и приданом Агаты и Деборы.

– Руппи, я даже не знаю… Не знаю, как тебе сказать. Ты будешь сердиться.

– На тебя? – возмутился сын. – Никогда.

– Я очень виновата перед тобой, но ведь ты меня простишь? Пожалуйста, пойми меня. Я не могла поступить иначе…

– Мама, я никогда не стану на тебя сердиться. Ты просто не можешь быть виновата. Что случилось?

– Ты говоришь, что здоров, но я же вижу! Тебе нельзя на корабли, спроси мэтра Лукиана… С легкими не шутят.

– Мэтр Лукиан не хирург, – начал Руппи, но вспомнил, что у него есть более веский довод. – Не волнуйся. В море в этом году я вряд ли выйду. И никто не выйдет, у нас просто не осталось кораблей. – Северный флот уцелел, да и Западный не весь пошел на Хексберг, но правда маму не убедит…

– Так у вас нет кораблей?

Она не сказала «какое счастье», только глаза засветились, словно вобрав в себя весну. Неудивительно, что в них тонула половина кесарии. Руппи заставил себя предать «Ноордкроне» и улыбнулся.

– Нет. Альмейда, шторм и паркетные мерзавцы списали нас на сушу.

– Какие мерзавцы?

– Фридрих с его швалью. – Ненависть вырвалась наружу пушечным ядром. – Их еще и не так…

[9] Высший аркан Таро «Император» (L'Empereur) олицетворяет людей зрелых, правильно выбравших путь, может указывать на человека рационального, энергичного, обладающего большой силой воли. Для мужчины это счастливая карта. Для женщины – признак сильного мужского влияния. Карта означает, что вы находитесь в поисках мудрости, рассудок преобладает над страстями; попытайтесь получить поддержку от более сильного. В раскладе символизирует власть духа, порядка и разума, осуществление идей бытия, основанное на усиленной работе разума. Это утверждение, отрицание, обсуждение, решение, авторитет, власть, защита, достижение цели, успех, иногда отеческие чувства. Также может предвещать достижение поставленных целей за счет концентрации сил и контролируемой агрессии. ПК: Отрицание авторитетов, анархизм, неумение обуздать свои недостатки и пороки, невыполнение своих обязанностей, зависимость от сильных людей, признак слабости, неуверенности. Нет энергии на то, чтобы решать проблемы, ставить цели.