«Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Они будут доставлены, как только мы вернемся в Талиг. Генерал Вейзель проследит.

– Господин Вейзель. – Голос Оскара, хриплый, прерывистый, Дик узнал с трудом. – Господин Савиньяк, я благодарен вам и желаю никогда не оказаться на моем месте. Господин Дьегаррон, лично к вам я не испытываю никакой ненависти. Ричард, я вам все сказал, и вы обещали… Монсеньор, я не проклинаю вас, потому что вы и так давно прокляты. Когда-нибудь вам воздастся за все. Я готов. Куда становиться?

– Вон туда. – Распоряжавшийся казнью Клаус Коннер указал в центр усыпанной гравием проплешины, после дождя здесь наверняка образовывалось что-то вроде озерца, но дождей не было уже давно.

Савиньяк и Вейзель молчали и глядели в землю, они уже все сказали и сдались. Бонифаций буркнул что-то олларианское и отошел, Оскар остался один. Виконт был совершенно спокоен и даже не очень бледен, то ли сказалась жара, то ли выпитое вино. Десяток адуанов вышли вперед и подняли тяжелые мушкеты.

Если Рокэ отменит казнь, то теперь. Дик украдкой бросил взгляд на Ворона, синие глаза были холодны и спокойны. Так Рокэ Алва смотрел в особняке Марианны, отобрав чужую любовь, и в заброшенном аббатстве, отобрав чужую жизнь. Клаус Коннер подошел к Ворону, он так и не научился вести себя по-гвардейски. Мужлан остается мужланом, какую перевязь на него ни напяль!

– Монсеньор. Стало быть… Готово все.

– Хорошо. Данной мне властью приказываю привести приговор в исполнение.

Лицо Феншо стало вдохновенным, он подался вперед:

– Друзья, делайте свое дело. Вы – солдаты, на вас крови не будет.

Сигнала Ричард Окделл не увидел, потому что закрыл глаза. Грянул выстрел. Ричард сжал кулаки так, что ногти впились в ладонь. Ничего не случилось! Пули были холостыми, стрелки промахнулись. Они вообще стреляли в воздух…

– Наповал. – Голос Вейзеля казался незнакомым.

– Хоть в этом повезло, – пробормотал Савиньяк. Ричард приоткрыл глаза, но увидел лишь серую землю и свой сапог.

– Ничего не оплакивайте, ибо все проистекает по воле Создателя – и весна, и осень, и жизнь, и смерть. Так проходит земная слава, так проходит земная любовь, так проходит земная ненависть…

Проклятье, этот пьяница когда-нибудь говорит собственными словами?!

Дик быстро просчитал до десяти и взглянул туда, где стоял Оскар. Бывший командующий авангардом лежал на спине, а рядом возились трое адуанов, что-то деловито отмеряя. Блеснуло, отразившись от лопаты, послеполуденное солнце, назойливо зажужжал овод. Надо было подойти к Оскару, встать на колени и поцеловать в лоб, но ноги юноши приросли к земле. Бонифаций, покачнувшись, поднялся и торопливо пробубнил последнее напутствие, навеки отрезая мертвого от тех, кто еще был жив.

– Господа… – Дик торопливо и даже с каким-то облегчением обернулся к Рокэ. Алва стоял у валуна, и лицо его ничего не выражало. – Вечером нам предстоит еще одно малоприятное дело, а пока можете быть свободны.

Вейзель, Дьегаррон и Савиньяк ушли вместе. Эмиль поддерживал раненого кэналлийца, Курт, сутулясь, шел сзади. Бонифаций чуть помешкал и начал резво взбираться по крутой тропинке. Таможенники взялись за лопаты, работа спорилась, через несколько минут землекопы были по колено в земле. Ричард все-таки заставил себя подойти к Оскару и преклонить колени, но слова молитвы из памяти кто-то выскреб, а касаться мертвого не хотелось до дрожи. Он – плохой друг, трус и подлец, но он не может этого, не может и все!

– Так НЕ приходит земная слава. – Дик вздрогнул и торопливо вскочил. Ворон стоял рядом, задумчиво глядя в рождающуюся могилу. В который раз за последние два дня юноше захотелось исчезнуть, но дорогу заступили Жан и Клаус.

– Монсеньор, – Шеманталь казался малость смущенным, – мы вот тут…

– Сказать решили, – пришел на помощь приятелю Клаус, – дозволите?

– Говорите. – Рокэ Алва прикрыл глаза ладонями, провел пальцами по бровям к вискам, опустил руки и поднял глаза на таможенников. – Я слушаю.

Голос Ворона не выражал ничего, но Дику стало страшно. Адуаны решили уйти, он их понимал. Святой Алан, он бы сам с удовольствием ушел, но Рокэ никого не отпустит.

– Мы так кумекаем, что правильно вы все делаете, – выпалил Жан, – и с теми, и с этими. Одного дурня кончили, зато другим неповадно будет, с седунами шутки плохи. Хитрющие они, и совести никакой.

– У меня совести тоже нет, – сухо сказал Рокэ, вытаскивая монету. – Кому – дракон, кому – решка?

– Я за дракона, – немного подумав, сообщил Клаус.

– Ну тогда мне решка, – согласился Жан.

Золотой кружок сверкнул на солнце и упал на истоптанную траву рядом с сапогами Дика.

– Юноша, что выпало?

– Решка, монсеньор.

– Жан Шеманталь!