Я кивнул, согласившись с таким аргументом. Действительно, пора бы уже было привыкнуть, что во всей веренице событий, которые связаны с моей черноволосой подругой, не было невозможных вещей. Для нас с Мэри не существовало ничего невозможного.
— Мириам…
— Да, мой дорогой.
— Ты можешь её придушить?
Девушка бросила в мою сторону гневный взгляд.
— Я могу придушить тебя, — сказала она. — И непременно сделаю это, если ты ещё хоть раз попросишь меня о чём-то подобном.
— Мэри. Я не могу больше здесь сидеть. Кажется, я не чувствую ног.
— Не ври, Полянский. Твои мысли — по-прежнему открытая книга. И хватит называть меня этим мерзкой кличкой, сколько можно повторять.
— Мириам…
— Что?
— Ты — безжалостная стерва.
— Спасибо за комплимент.
— Это не комплимент.
— Не ври, Полянский.
Я устало улыбнулся. Уже собравшись вновь воткнуть наушники, вдруг замер, услышав низкий хрипловатый голос, что доносился из перелеска.
— Джесси, Джесси! Куда ты опять запропастилась, чертовка?!
Я в момент оживился, сообразив, что голос, скорее всего, принадлежит хозяину злополучной собаки. В пользу догадки говорило и то, что овчарка вдруг приподнялась и навострила уши.
— Джесси! А ну иди сюда!
Я крикнул, что есть сил:
— Эй, друг! Твоя собака здесь!
Голос на секунду замолк. Затем в перелеске раздался треск ломаемых веток, и на лужайку, продравшись сквозь заросли кустов, вышел парень в светлых джинсах, майке и кедах. В руке он держал оборванный кожаный поводок, и это окончательно развеяло мои сомнения.
— А, Джесси, вот ты где!
Овчарка завиляла хвостом и с радостным лаем побежала к хозяину. Тот погладил её по спине и несколько раз удивлённо оглянулся по сторонам.
— Хм… И кто же был с тобой, Джесси?
— Соловей-разбойник, — буркнул я. — Можно мне уже спуститься?
Молодой человек поднял голову и, наконец, заметил меня на ветке. Он не выдержал и засмеялся.
— Ох, друг… Прости, пожалуйста. Это Джесси тебя так напугала?
— Ничего страшного, — махнул я рукой. — Люблю, знаешь, посидеть вот так на берёзе, подумать о жизни. Ты привязал её?
— Спускайся, она не тронет.
— Э-э-э нет, дружище. Сначала зафиксируй своего цербера.