— Но ты и не мертва.
— Нет. Не мертва.
— Где же ты сейчас?
— Там, где простираются мои владения — за чёрной рекой, что разделяет миры. Я стою посреди этой реки, и под моими ногами призрачный мост, который мне никак не пройти. Пока…
— Пока я не найду Рецепт?
— Пока мы не найдём Рецепт.
Страх исчез. Голос девушки обволакивал, убаюкивал, манипулировал моим сознанием.
— Мириам…
— Да, мой дорогой.
— В том сне… Настасья. Она узнала тебя. Узнала и испугалась.
— Потому что однажды мы встречались.
— В день её смерти?
— Да.
Так просто и откровенно.
И почему мой пульс перестал биться, как сумасшедший? Почему исчезли ледяные тиски, ещё секунду назад сжимавшие лёгкие? Почему, чёрт возьми, мне больше не было страшно?
— Потому что я не причиню тебе вред, — прошептала она над самым ухом. — Ты — мой создатель. Я принадлежу тебе. А ты принадлежишь мне.
— Мириам…
— Да, мой дорогой.
— Кажется, я засыпаю.
— Значит, нам пора идти. Наверх. К звёздам.
Она нежно обняла меня, положив голову на плечо, и на мгновение мне показалось, что я чувствую её дыхание.
По лазурному небу ползли ватные облака, закручиваясь в причудливые образы. На деревьях тихо шелестела листва. Со стороны леса время от времени подавали голос птицы, стрекотали цикады. Среди сочной зелени трав бежала босая светловолосая девочка.
— Юра! Юра! Смотри, какую штуку мы сделали!
— Это что? Кукла? — улыбнулся я.
— Это чучело! Мы с Олесей будем его жечь!
Алиса вдруг осеклась, посмотрела на меня с хитрым прищуром.
— Ты ведь не скажешь маме? — спросила она.
— Не скажу, обещаю. А можно мне с вами?
— Да, побежали! Побежали, Юра!
Сестрёнка схватила меня за ладонь и потащила за собой. В другой руке она держала соломенную фигурку человека. Вместо глаз у куклы были синие пуговицы, рот нарисован красной помадой.