Никогда!
Замок спал. Слегка искрящиеся знаки ловко вспарывали защитное заклинание, а в тонкую щель под дверью тут же впитывался розоватый сонный дымок. Мирей просовывала нос в комнату и вздергивала палец вверх — спит!
Следующая дверь.
Лагранж оказался за предпоследней, через две двери от комнаты Криса.
А когда последняя руна украсила косяк, я еще раз наказала Мирей все стереть перед уходом и с чистой душой отправилась спать. За моей спиной девицы громким шепотом выясняли с кого начинать, а кого оставить на десерт.
Ночной замок был тих. У нас вообще редко что-то случалось ночами, несмотря на то, что дежурные преподаватели не нашагивали километры по коридорам, а сидели у себя в учительской и попивали чаек. Раскинутая ночью сеть вылавливала любые серьезные магические всплески и указывала, где именно они случились. А несерьезные… я не была уверена, откуда взялась эта традиция, но у меня было ощущение, что это что-то сродни пакту о ненападении — вы не устраиваете ночами крупных беспорядков, а мы в случае чего закрываем глаза на мелкие. Интересно, не будет ли демарш Мирей расценен, как грубое нарушение договора, или перемазанные дегтем (“он, между прочим, полезен для кожи!” — уверяла меня Алисон) школьные красавчики все же отойдут в разряд “чем бы дети не тешились…”.
Я не шла, почти плыла в состоянии приятной, сонной усталости, но застыла как вкопанная и растеряла весь сон, едва войдя в женское крыло.
Посреди коридора стояла девушка.
Ночная рубашка, длинные светлые волосы — ослепительные в лунном свете, падающем из окна. Тонкие черты лица.
Она была, пожалуй, красивой.
А еще — прозрачной и слегка светящейся.
Передо мной стоял призрак.
Вскрик застыл в пересохшем горле, любые имеющиеся в голове знания оттуда благополучно улетучились, ноги онемели, а живот скрутило липким ужасом.
Девушка улыбнулась. Она медленно подняла руки и сложила их лодочкой возле лица. На мгновение опустила ресницы, а затем раскрыла ладони.
Сорвавшаяся с них крупная бабочка была такой же голубоватой и прозрачной. Она взмыла вверх и бестолково заметалась под потолком, оставляя после себя искрящийся свет, опадающий на пол тающими огненными язычками.
На несколько секунд я замерла, как прикованная, наблюдая за этим полетом, а когда опустила голову, девушки не было. Когда я тут же вскинула глаза обратно — бабочки под потолком тоже не оказалось.
Коридор был пуст.
Я осторожно ковырнула носком туфли плиту перед собой. Та была уважающей себя плитой и пока что проваливаться не планировала. Протянула руку — воздух тоже вел себя прилично и густеть не собирался.
Да что, в конце концов, творится в этом заведении?!
Подавив желание громко и оскорбленно (надоели уже эти потусторонние выкрутасы!) хлопнуть дверью, я повалилась на кровать лицом вниз, не раздеваясь.
Призраки, бабочки…
К бесу все! Спать!
Глава 6
Подъем я ожидаемо проспала. Тело подкинуло над кроватью исключительно выработанными за годы рефлексами, я едва успела переодеться и сполоснуть лицо, когда часы пробили половину восьмого — время завтрака. Выйдя из комнаты, я нырнула в девичий поток, направляющийся в столовую, и, кажется, еще немного досыпала на ходу, потому что не заметила, в какой момент уже сидела за столом, а Кэри, подсев к Мирей, давясь смехом рассказывала, что ей удалось уже узнать.
Утро в мужском крыле началось с густой, устойчивой, нецензурной брани. Наставник, заглянувший сделать замечание, от неожиданности охнул и присоединился. Перемазанные дегтем парни не только выглядели краше чертей из Преисподней, но и определенно были злее. А эта дрянь еще и отвратительно поддавалась очищающим чарам…
Так что столы за завтраком зияли проплешинами на отдельных местах.
Преподаватели пытались вычислить виновных по довольным рожам. Фиаско, слух уже прогремел, так что довольные рожи были у всех. Одни радовались чужой злой шутке, другие — тому, что не попали в таинственный список избранных.
Хотя, зная критерий списка, могли бы сильно и не радоваться!
Я силилась отыскать внутри себя хотя бы зачатки угрызений совести или страха, что все обнаружится — и не могла. И когда взъерошенные, красные, оттертые до блеска парни появились на занятии, с трудом удерживалась от того, чтобы не хихикать вместе со всеми.
— Доброе утро, мальчики, — протянула Мирей, накручивая на палец локон гладких, блестящих волос.