Мастер взяла в руки ее густые волосы.
— Доченька, может, не будем?
Но та, прикрыв глаза, отрицательно покачала головой.
— Через три года я их вновь отращу.
После парикмахерской Ира поехала в городскую больницу на прием к нейрохирургу, к тому толстяку, на консультацию. Первая задача, которую она поставила перед собой, была такая: оживить руки Олега.
В ординаторской три врача пили чай. Шишкин узнал ее, и на его широком лице появилась улыбка. Ира подошла к нему.
— Здравствуйте, Эдуард Юрьевич, я к вам, — и она рассказала, что привело ее к нему. Он выслушал ее и некоторое время, поглаживая бороду, задумчиво смотрел в окно. Потом сказал: — Насчет ног я сомневаюсь, но руки можно вернуть к жизни. Надо…
Она внимательно слушала его инструкции. Когда тот замолчал, Ира встала.
— Спасибо. Большое спасибо.
— Если понадобится еще моя помощь, я к вашим услугам.
На улице Ира неожиданно почувствовала необыкновенный прилив радости. Обнадеживающие слова врача воодушевили ее. Да и небо было такое чистое-чистое. Только одиноко в синеве плыло белое облако. Она залюбовалась им.
Ира решила скрыть от Олега, что вновь будет заниматься гимнастикой. «Я преподнесу ему сюрприз, когда стану олимпийской чемпионкой!»
Елена Владимировна, увидев Иру с новой прической, удивилась.
— Ты что это с волосами сделала?
Та в ответ заговорщически улыбнулась и тихо прошептала:
— Олегу такая прическа нравится.
Олег долго не мигая смотрел на нее.
— Не узнаешь? — спросила Ира.
— Ну зачем ты это сделала?
— Надоело за ними ухаживать! Не переживай, со временем они отрастут. Олег, я была у нейрохирурга, и он посоветовал, как оживить твои руки. Занятия начнем, не откладывая ни на минуту.
Она откинула одеяло, взяла его беспомощные руки и медленно их подняла.
— Мне больно!
— Я знаю, — спокойно ответила она. — Придется потерпеть.
Больше часа она занималась с его руками, делала легкие упражнения и усиленно их массажировала. Олег вспотел. Несколько раз он просил «прекратить издеваться над ним», но она не обращала внимания. Когда Ира закончила, Олег сердито сказал:
— Благодари Бога, что моя рука не поднимается. За такое издевательство ты бы у меня…
Он замолчал. Вытирая полотенцем его вспотевшее лицо, Ира улыбнулась.
— Я согласна, чтобы ты меня ударил, — она наклонилась к нему, поцеловала в щеку и на ухо прошептала: — Но гораздо больше мне хочется, чтобы ты обнял меня.
Он закрыл глаза. Она нежно провела рукой по его лицу.
— Олег, скоро в институте начнутся занятия, я смогу к тебе приходить только вечерами. И в выходные дни с утра буду у тебя.
— Зря ты мучаешься со мной.