— Нет. Одной слишком опасно. Мы проводим, Рэлико, — тихо произнесла Шелькри. — И присмотрим. А если синий лед разгневается…
— Сможем его на какое-то время успокоить, сдержать, — пообещал Киро. — Это моя стезя, моя стихия. Мы будем тебя защищать, Рэлико. Мы все.
Личико их наликаэ озарилось счастливой, благодарной улыбкой.
— Спасибо вам! За понимание и заботу — спасибо!
И духи улыбнулись ей в ответ.
В следующий миг зимние создания, обернувшись морозной пеленой, умчались с ветром вперед, прокладывая тропку в бесконечных сугробах. Остановились, поджидая. Вновь наперегонки устремились вдаль.
Больше в дороге Рэлико не тревожил ни снег, ни ветер, ни стужа.
И даже мысли о загадочном синем льде ее не пугали.
У Анихи тоже было нечто подобное — тот розовый лотос, испускавший нежное свечение…
Это ведь сила Ланежа. В ней нет зла.
Духи налетели, покружили на месте немного, вплетая в волосы снежинки — и снова двинулись к скалам.
Рэлико улыбнулась.
Она теперь здесь не одна.
— Господин! Что бы мы ни пытались сделать, ваш лотос…
Анихи поморщился.
Нила едва не плакала, истеричное создание! Лучше бы на Севере оставалась, и то толку больше!
Дурацкий цветок… вздумал вянуть, и это в присутствии хозяина чертогов!
— Мы и жизнь вливали, и силы пробуждения использовали, и весь запас бутылочек роста извели, но он больше не хочет цвести!
— Значит, плохо стараетесь! — рявкнул Анихи, подорвавшись с места и раздраженно направившись к выходу. Резким движением занес руку, чтобы открыть створку…
Нила шарахнулась в сторону, и это вынудило его удивленно остановиться.
— Ты что? — недоуменно спросил он.
— Простите, господин, — пролепетала она. — Боялась вам помешать…
Пожав плечами, Анихи вышел, намереваясь наконец лично разобраться с капризным лотосом.
А на задворках сознания мухой гудела мысль: с каких пор духи его боятся?
И вообще, лучше бы раздобыли хоть какие сведения о рыжей наликаэ Ланежа! А то, по их докладам, на Севере тишь и гладь, аж противно!
Увидев лотос, он даже на миг отпрянул. Вянуть — еще полбеды… но это что, слева? Плесень?!
Откуда? Почему?
И гнилью тянет…
— Господин! — раздался надтреснутый голос запыхавшейся, чуть дымящейся Стеммы, одной из тех, кто отвечал за кроны деревьев. — Кажется, наликаэ снежного бога обнаружили…
В тот же миг лотос был забыт, а Анихи превратился в слух.