— Знаю, что туда нельзя, — вздохнула девушка, пытаясь подавить острое чувство сожаления. — Я к Первому Алтарю хотела… тоже нельзя?
Духи опешили, начали переглядываться.
— Не знаем, его же не люди сложили… — покачал головой юный морозник — и тут же огреб затрещину от одного из суровых снежников. Злобно ощерился на миг, но тут же прижал уши к голове и притих.
Рэлико удивилась. Об этом в книгах не писали.
— Но прежде люди ведь у него молились, иначе откуда легенды? Я ничего плохого не хочу, не думайте! Просто… Ланеж молчит, не слышит, не отвечает, — и в этих простых словах выплеснулось все ее беспокойство.
Духи заерзали, отводя взгляды.
— Я многое поняла за последние месяцы. И должна пойти к этому алтарю, — умоляющим тоном произнесла она. — Мне вот шаманка дала…
Она порылась в мешке и показала им кинжал. У зимней братии окончательно глаза на лоб полезли.
— Его первый кинжал! — выдал Киро. — Реликвия считалась утерянной, хозяин его носил, еще когда был духом… А после не искал. Сила почти истощилась, поблек, потускнел… раньше он звездным сиянием вспарывал зимнюю ночь.
Рэлико вспомнила копию со старинной пещерной картинки, на которой снежный бог держал в руках звезду. Вот оно как, значит…
— Я должна его возложить на Первый алтарь. Понимаете? — Рэлико не знала, как еще их убедить. — Я все равно пойду, я решила пройти по стопам Ланежа, решила дойти до алтаря.
— Рэлико… — снова прозвенел чистый голосок Шелькри. — Алтарь прежде был среди чистого поля, на границе заповедных земель. Потом хозяин его вознес на вершину неприступной скалы. Не добраться до него человеку, понимаешь? Там синий лед, самый опасный, самый жестокий, который выпивает все тепло. Человеку нельзя на него ступать, поэтому хозяин и вознес алтарь ввысь… У каждого бога есть средоточие его силы близ Чертогов. Синий лед — средоточие силы нашего бога.
Рэлико помолчала, прикусила в раздумье шов кожаной рукавички. Этого она не ожидала. Духи точно зря предупреждать не станут. Но и…
— Шаманка Эдер сказала, что мне нечего бояться на Севере, что здесь ничто не причинит мне вреда.
Имя шаманки явно произвело на духов впечатление.
— Эдер сказала… — проскрипел один из снежников.
— Эдер не ошибается, — прозвенел Киро.
— Эдер человек, — вякнул Криос — и схлопотал еще одну затрещину.
— Эдер живет поболе иных духов, — колко произнес Киро, заставив морозника смутиться — тому еще и десяти зим не исполнилось.
— И видит то, что видит Сулу, — весомо прибавил снежник.
— Опасно ведь. Зачем тебе, Рэлико? — тихо спросила Шелькри, подлетев ближе и повиснув в воздухе у самого лица наликаэ снежного бога.
— Все это время Ланеж оставался отстраненным, чуждым, непонятным для меня, — медленно заговорила Рэлико. — Я хочу понять его по-настоящему, узнать все то, что сделало его тем, кем он является, прикоснуться к его силе, полюбить то, что любит он, увидеть мир его глазами. Здесь я поняла глубину и истоки одиночества, которое всегда окружает его, словно туманом. Я хочу сказать ему, что важнее него в моей жизни нет никого. Он не желал меня слушать, и, может, рассердится, что я не замуж вышла, а сюда пришла… Но у этого алтаря — он ведь не сможет мне не поверить, правда? Поймет, насколько важен для меня?
Молчание прерывалось только шипением ветра, изредка проносившегося по заснеженной равнине.
Духи переглянулись. Они без слов поняли друг друга. Достаточно на нее посмотреть, чтобы понять: печать Зимы ослабела. Они чувствовали в Рэлико родственную, но уже чуждую, а точнее попросту чужую силу, которая, казалось, возросла многократно с того дня, как они сообща одолели Сньора. Она теперь принадлежала не им, а ей одной. Так, может, и обойдется?
— Одна ты не дойдешь, — наконец вздохнул один из снежников — тот, кто прежде больше других упорствовал. — Да и хозяин…
— Рассердится? — с замиранием сердца предположила Рэлико.
— Расстроится, — поправила вдруг Шелькри. — Что опасности подвергли. Испугается за тебя. Как в прошлый раз… ой! Не стоило говорить…
Она опасливо покосилась на Рэлико, но та ободряюще ей улыбнулась.
— Я помню про Сньора, хоть и не все. И вы не опасности меня подвергли, а попытались от нее уберечь. Я ведь все равно пойду вперед. Если надо, и на скалу поднимусь. Найду способ.
Мгновение тишины.