Та вздрогнула. Посмотрела на дочь, словно впервые увидела. И наконец кивнула.
— К тому же, за мной тоже долг жизни значится, да не перед человеком, — уже мягче продолжила она. — Вот откроют храм, помолюсь, попрошу о наставлении, благодарности вознесу… — Рэлико поневоле потупилась: обман ей претил, но не скажешь же маменьке, что на первый снег она ждет встречи с самим снежным богом! — А если жених не согласен — так и мне такой, кто будет вечно указывать, что и когда делать, без надобности. Я хочу уважения взаимного, любви крепкой, деньги его мне не нуж…
Сказала — и осеклась. В сердце болезненно кольнуло. Какой она любви хочет? Что знает о ней?
Но ведь что-то знает… Сердце словно помнит — в отличие от нее.
Миг — и схлынуло наваждение.
— Не нужны, словом, деньги, у нас свои есть, и без света я преотлично обойдусь, — упрямо закончила она. — А если вы боитесь с папенькой неудовольствие лорда Этара вызвать, сама скажу, объясню, как есть. — Звонкий голосок ее смягчился. — А вот ежели согласится ждать… Заодно и подумаю как следует, по твоему совету.
Уговаривать маменька более не стала, к вящему облегчению девушки.
Папенька, конечно, попытался не подать виду, что расстроился. И думать нечего, это он матушку подговорил побеседовать… можно подумать, у них разговоры по душам когда-либо легкими выходили! Попытался тоже ее осторожно переубедить, но Рэлико чувствовала, что поступает правильно, и была непоколебима.
И с Рихардом первой об этом заговорила, мягко, осторожно, лишь бы не причинить лишней боли. Он удивился и расстроился, но не оскорбился. И согласился подождать, едва услышав о том, что стужа, от которой Рэлико спасла его, когда-то сохранила жизнь ей самой.
Отчего-то на сердце от такого его согласия и понимания стало еще тяжелее. Словно она надеялась, сама того не сознавая, что он сам отступится.
А может, она быстро привыкнет смотреть на него иначе? Как на ухажера, как на своего возможного жениха? И тогда все сомнения сами собой исчезнут?
На сей раз Анихи, затаившись в пышных кустах давно отцветшей сирени, которые любовно оплетали своего бога, выслушал путанное объяснение девчонки с ухажером вполне спокойно.
Он быстро сообразил, что эти ее колебания им даже на руку.
Паренек пусть немного помучается, влюбленным полезно. Будет теперь гадать, отчего все не так сложилось, как он себе грезил, будет еще больше, чем прежде, думать о вздорной невесте… Да и она о нем.
А вот лично он очень хотел бы поприсутствовать при встрече великого властелина сугробов и этой девицы!
Чувственные губы бога весны расползлись в гадкой усмешке.
Она ведь первая наликаэ этого ледяного чурбана. Он наверняка не стерпит такого, даже его феерической честности и правильности должен быть предел. Небось, едва услышав про свадьбу, наложит запрет… или, и того хлеще, попытается ее увезти.
И даст им тем самым великолепный повод снова вызвать его в Чертоги.
Жаль, из духов свидетели никакие, на слушании их слов просто не учтут. Значит, придется напрягаться самому.
Но девице следовало отдать должное. Упряма, не поддается ни на уговоры, ни на давление. Впрочем, он почти сразу понял, что она будет отстаивать то, во что верит, до последнего.
А она верит в привязанность к ней Ланежа, в то, что он непременно сдержит слово и вернется с первым снегом. Анихи, в отличие от Рихарда, сразу понял, почему она выставила именно такой срок.
Но почему, почему, во имя Сулу, эта преданность и чистота должны были непременно достаться гнилому снежному богу?! Почему его самого жестоко предали и продали, бессовестно пользуясь его силой, а Ланеж…
Беспомощная ненависть полыхнула в боге, сделав его глаза грязно-коричневыми.
Весну многие видят как прекрасное, яркое, солнечное время, когда все оживает и тянется к свету, да такой она и является…
Но не следует забывать, что в ней есть и хмарь, и холод, и грязь.
И они все больше овладевали душой весеннего бога.
Богине охоты было скучно. Ажиотаж охоты на дичь поутих, бить птицу пока не начинали, и она от нечего делать отправилась побродить по человеческому городку, где стоял один из ее храмов.
И, к своему удивлению, не успела пройти и двух улиц, как наткнулась на Анихи.
Тот стоял возле дома смертной и, судя по всему, беззастенчиво подслушивал!
Вот это номер, однако! Уже нашел замену той своей предательнице, которая едва Сньора не вернула?