На памяти Ланежа это была его первая рана. Он с некоторым интересом проследил за тем, как из пореза на ладони нехотя выступает бледно-бледно розовая кровь. Усилие воли — и ранка стягивается ледком.
Снежный бог скрестил руки на груди, мрачно глядя на смертных.
Он тогда сказал Рэлико правду — человека такой холод мгновенно сковывает, пробирается под одежду, сколько слоев ни намотай, и медленно, со вкусом убивает.
Бог подошел к главарю, единственному, кто еще мог шевелиться. Для него наказание было иным. Боги всегда карали за богохульство, а нападение на бога — богохульство, если не святотатство. Ланеж даже задуматься не успел — какой-то глубинный инстинкт, не просыпавшийся раньше, взял верх.
— Заморозить воду в легких — что может быть проще для бога? — спокойно заговорил Ланеж, присев подле него. — Вдыхаемая с воздухом влага легко превращается в нож, вспарывающий глотку изнутри. Затем в легких прорастают тысячи ледяных иголок. Они тают быстро… но как остановить такое внутреннее кровотечение? Я же предупредил, смертный. Сказал, что я бог. Зимний бог, бог Севера. Вы что, серьезно думали, что я уязвим? А теперь расскажи-ка… зачем вам нужны духи?
Тот со страхом и ненавистью сплюнул кровью на снег.
— Ты-ы… уязвим! Не для нас, так для того, кто за нами. Для того, кто спас нас от смерти и голода! Мы жизни готовы ради него отдать! За нашего подземного бога!
Слова отдались в ушах набатом. Ланеж даже покачнулся.
Подземный бог.
Сньор?!
Все это время он искал не там и не того?
Но додумать Ланеж не успел.
Где-то далеко, очень далеко раздался грохот, от которого застонала, содрогнулась земля на многие лиги.
— Чего умолкла?! — рявкнул злобный голос из толщи камня, и Сачирэ испугалась сильнее, чем когда земля под алтарем застонала, вздрогнула и загрохотала.
— Нно… земля…
— Это не опасно! — не сдержавшись, грубо каркнул Сньор. — Это знак того, что ритуал идет как положено! А вот если ты сейчас не продолжишь, кочевница, то не успеешь к нужному времени! До полуночи осталось недолго, а это лишь третий!
— Я… я…
Задыхается… близка к панике. Если сорвется…
— Не бойся, — усилием воли взял себя в руки Сньор. — Я в любом случае защищу тебя. Ты только что воззвала к силе духа земли. Земля дрогнула — значит, в нем достанет силы. Перейдешь к Молнии — полыхнут зарницы. После пусть выставляют духов. Тумана же ты не испугалась.
— А Пожар тогда… почему ничего не было?
— Было. Но ты оставалась здесь и не видела, как полыхнули очаги в твоем становище.
Сачирэ запоздало оглянулась, но пожаров внизу, под холмом, где расположился алтарь, к счастью, не было.
— Продолжай, жрица, — уже мягче произнес бог.
И она, собравшись кое-как с мыслями, продолжила. Голос поначалу дрожал, потом вновь окреп.
Сньор наконец сумел усмирить дрожь, от которой муки только усилились. Противостоять лавовому потоку стало еще труднее, словно сама земля силилась унести его прочь от места, где проходил ритуал.
Скоро придет череда последнего.
Его он обуздает сам. Силы теперь довольно.
— Началось, — со злобным торжеством прохрипел главарь. — Он спас нас в трудный час — мы помогаем ему. Ему нужен пятый дух, и, видимо, он получит его сам.
— Какой именно пятый дух нужен? — спросил Ланеж, уже догадываясь, что услышит сейчас.
— Зимний, — мстительно прохрипел человек. — И тогда его уже никто не остановит