— Да, хорошо, хорошо, Байфильд, мы сию минуту загасим!
Квартирмейстер снова притворил дверь и опять присел на ящик.
— Сегодня суббота, господа, надо выпить за здоровье возлюбленных и жен, хотя, кажется, ни один из нас не обременен последней! — воскликнул Брюс. — Эй, Форстер, передай-ка сюда ром!
— Бутылку могу передать, а рому в ней ни капли!
— Ни капли рома, а сегодня суббота! Нет, как хотите, а я должен выпить!
— Господа, я вас покорнейше прошу гасить огни! — проговорил квартирмейстер, еще раз просовывая голову.
— Сейчас, сейчас, Байфильд, погодите одну минуту! Дайте нам только попытать счастья раздобыть сколько-нибудь рому!
В виду такой уважительной причины Байфильд не стал настаивать.
— Эй, мальчик, позови мне Билли-Питта! ?
Билли-Питт уже спал, но когда его позвали, в одну минуту вскочил и, как был в одной рубашке, явился к мичманам.
— Вы меня звали, масса Брюс?
— Да, Билли, мой красавчик, ты все знаешь! Скажи нам, что значит «repartie».
— «Repartie» значит, если вы меня масса обзовете — «Проклятый чернокожий», а я вас назову грязным, бело-печеночным сыном… и т. д., то это будет с моей стороны «repartee»!
— Превосходно, Билли! Из тебя, наверное, выйдет епископ, а теперь скажи нам, есть ли у твоего господина ром в каюте?
— У которого масса, у масса Кортней или у масса доктора, сэр?
— Ну, конечно, у Кортней: у доктора ничего, кроме святой воды, не бывает!
— Хм, да, у масса Кортней есть немного!
— Ну, живо, Билли, тащи его сюда! Я тебе завтра при раздаче отдам!
— Ну, а предположим, что вы завтра забудете? Ведь вы поставите меня в весьма затруднительное положение: масса Кортней весь посинеет или пожелтеет!
— Я не забуду, Билли, клянусь тебе честью!
— Честью! Ну, на это можно положиться… Сейчас принесу!
Минуту спустя он воротился с бутылкой рома как раз в тот момент, когда били три склянки.
— Право же, господа, я не могу ждать дольше! Огни должно гасить, не то я должен буду доложить!
— Правда, правда, Байфильд, — отозвался Брюс, — вы исполняете вашу обязанность, но вы, быть может, выпьете стаканчик грогу?
— Если вы позволите, — сказал Байфильд, снимая шапку, — за ваше здоровье, джентльмены!
— Спасибо! — отозвались мичмана. — Ну, какое слово ты теперь изучаешь по своему лексикону? — спросили они негра.
— Какое слово? «Комиссия». — Есть, видите ли вы, «комиссии» двух родов: комиссия, когда вам что-нибудь сейчас нужно, и вы поручаете это исполнить мне, например, а другая комиссия — это если я исполняю, что мне поручено и получаю что-нибудь за это!
— Аа… ты говоришь про 5 % комиссионных с каждой бутылки!
— Нет, масса Брюс, — 5 % — это не составит и стаканчика грога!
— Ну, ну, ты получишь 10%! — сказал мичман, наливая ему большой стакан. — Хватит с тебя этого?