Рецепт 2:
В 1830 г. появилась возможность делать клинки из литой стали мягкой, средней и крепкой твёрдости. Первая шла преимущественно на изготовление оружия, остальные — «на дело как слесарного и столярного инструментов, на наварку горных инструментов и топоров».
Ковка отливок, из-за прослоек хрупкого цементита, должна производиться крайне осторожно, ударами лёгкого молота, с многократным нагреванием до критической температуры («красное каление»). Если нагреть сильнее, булат потеряет основные свойства и характерный рисунок.
«Высокое искусство» хорошо в ювелирке, в боевом оружие важна эффективность. Жизнь бойца зависит от прочности и остроты клинка, а не от узоров на нём. Узоры — индикатор качества, достигнутого в рамках конкретной технологии. Косвенный индикатор.
Красивая легенда. Сирота, выучившийся на казённые деньги. Талантом, трудом и упорством «сделавший себя».
Сам, без «волосатой лапы», начав службу с практиканта, дослужился до статского генерала, упорной и неустанной работой совершил множество открытий, утёр нос англичанам и открыл тысячелетнюю тайну легендарного оружия. Но никому про тот секрет не сказал, а унёс с собой в могилу.
Его открытия, вроде газовой цементации, основ легирования, использования микроскопа или замена ртутного золочения гальваническим… не доходят до понимания широкой публики. И возникает прекрасная сказка. Вызывание эмоций, а не сообщение технико-экономических характеристик. Когда же появляются объективные данные, противоречащие образу — недоумение и возмущение.
Детская мечта — восстановить секрет изготовления древних булатов — оказалась:
а) не достигнутой: древний и русский булат — разные;
б) не нужной: древний булат на Руси разваливается;
в) устаревший: найдены новые, более дешёвые и быстрые, методы получения качественной стали.
Два «еретических» утверждения:
а) качество клинка — в его неоднородности;
б) в древнем булате — только железо и углерод;
оказались ложными.
И это — неважно. Важен не результат, а путь к нему. Мелочи, вроде использования микроскопа в металлургии.
Глава 535
Мечту о получении «русского булата» Аносов осуществил в 1833 г., о чем сделал запись в журнале. Плавки продолжали до 1838 г. Создано несколько десятков клинков, но такое оружие не может стать массовым.
«Он увлечен вопросом, разрешение которого сделало бы нашей стране честь» — «технологический» вопрос решён. Не «оружейный», не тот, за который инженеры в Златоусте получают жалование. Вооружить «русским булатом» полки кавалерии невозможно.
Аносов продолжает работы в металлургии, получает награды за выпуск качественных отечественных кос, выплавляет золото из песков… и сворачивает работы с булатом. Два помощника: инженер Обухов и мастер Швецов, продолжают его дело. Продолжают называть свою продукцию «булатом». Но делают совсем другое.
«…признаки, которые характеризуют классическую булатную сталь. Во-первых, — это углеродистая сталь (нелегированная). Во-вторых, — это заэвтектоидная сталь: обычно в булатных клинках содержится от 1.1 до 1.8 % С. В-третьих, на поверхности булата при травлении выявляется узор, появление которого связано с низкотемпературной ковкой слитка с развитой дендритной ликвацией, сформировавшейся при замедленной кристаллизации высокоуглеродистой стали… в настоящем булате узор сформирован из множества карбидных частиц, образующих светлую узорчатую карбидную сетку, и темного перлитного, трооститного или мартенситного фона…
Исследован химический состав, структура и твердость образцов металла, принадлежащего аносовскому булатному клинку (1841 г.), булатному клинку Обухова (1859 г.) и булатной заготовке из тигельной стали Швецова.
Булат Аносова обладает всеми признаками классической булатной стали: заэвтектоидная, углеродистая сталь, структура булата сформирована из цепочек карбидов на фоне троостита. На поверхности клинка выявлен полосчатый узор.
Клинок Обухова не может быть отнесен к классическому булату. На поверхности клинка узор отсутствует, несмотря на то, что использована заэвтектоидная сталь. Структура клинка не соответствует структуре классической булатной стали — бейнит с многочисленными цементитными частицами.
Образец Швецова нельзя считать булатом, поскольку он изготовлен из легированной марганцем и вольфрамом заэвтектоидной стали. Узор на поверхности металла сформирован из развитой дендритной структуры слитка при его ковке. Структура такого узора отличается от классического булатного узора, поскольку последний формируется за счет особого расположения множества карбидных частиц на перлитном или другом фоне, полученном при термообработке».
«Булат» продолжал делать в Златоусте инженер-металлург Павел Обухов. От него — Обуховский завод. Там, впервые в России, начали работать конверторы и мартеновские печи.
«Русский булат» отставлен ближайшим учеником в пользу передельной стали.
Швецов, мастер-самородок, непосредственный исполнитель множества плавок, руками и глазами которого делались «русские булаты» при Аносове, скрытный, недоверчивый, старательно хранит секреты своего бывшего начальника, делает, по этим «тайным рецептам», единичные экземпляры «настоящего булата».
Это — не булат. Булат отставлен практическим мастером в пользу легированных сталей.
Один из рецептов Швецова: