Фронтовая юность: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

…Заседание комсомольского бюро полка проходило на лужайке возле блиндажа парторга Елина. Я предложил обсудить сразу шесть вопросов, но Владимир Григорьевич посоветовал ограничить повестку дня двумя вопросами: об участии комсомольских организаций в снайперском движении и о создании журнала «Комсомольцы полка в боях за Родину». Остальные вопросы, в том числе и о создании самодеятельности, Елин предложил перенести на следующее заседание.

На заседании присутствовал старший лейтенант Головачев, которому Додогорский поручил возглавить курсы снайперов. Он выступил первым и рассказал, как думает начать обучение стрелков. Командир взвода лейтенант Островский предложил завести на каждого снайпера боевой формуляр. Это будет, по его мнению, способствовать развертыванию соревнования за большее количество истребленных гитлеровцев.

— Как бы нам не обюрократить хорошее дело, — заметил Елин, — а впрочем, мысль интересная. Попробуем.

— У нас уже налажен учет, сколько уничтожил фашистских захватчиков каждый снайпер, — заявил комсорг третьего батальона Армаис Каграманов. — Так что кой-какой опыт есть.

Бюро приняло решение: сегодня же во всех ротах побеседовать с комсомольским активом, помочь командирам отобрать лучших стрелков.

Второй пункт решения обязывал Степана Рудя вместе с другими комсомольцами подготовить наглядную агитацию там, где будут проходить занятия снайперов.

Быстро договорились и о создании полкового журнала, избрали редколлегию. Постановили, что материал о подвигах комсомольцев будут представлять ротные организации с ведома командиров рот, после чего содержание каждого номера журнала еще до выпуска в свет станем обсуждать на заседаниях бюро.

Когда повестка дня была исчерпана, лейтенант Островский попросил слова.

— Считаю своим долгом доложить о непорядках, — сказал он. — Скажите, для кого предназначен журнал «Красноармеец»?

— Я что-то не понимаю вас, — пожал плечами Елин. — Объясните толком.

— А чего тут не понимать — не видят бойцы этого журнала: в штабе полка да у хозяйственников он застревает.

— Правильно, — подтвердил Мурат. — Передоверили все почтальону. Я так понимаю, что распределение и продвижение до бойцов журнала не техническое, а политическое дело. Наказать надо почтальона.

— Ну вот, опять ты за свое. Уж если кого надо наказать, так это меня и комсорга, — возразил Владимир Григорьевич. — Мы проглядели. Сейчас же проверю, в чем дело.

Островский продолжал:

— Неплохо бы в каждой роте завести подшивки журналов и газет. Выделить из числа комсомольцев ответственных за их хранение. Ведь делали же так, когда стояли в обороне на Волге, у Ржева.

— Стоящее дело, — одобрил парторг. — Мы позаботимся, чтобы газеты и журналы доставлялись на передовую. Но давайте условимся: все наиболее яркие и интересные статьи, очерки и рассказы должны быть прочитаны бойцами.

Подняла руку Вера Лидванская. Я спросил: — Что-нибудь важное?

— Неладное творится у комсорга Нурманова, — бойко начала Вера. — Прихожу я с девчатами на батарею проверить санитарное состояние. Вижу, Нурманов сидит и что-то пишет. Поинтересовалась. Переписываю, говорит, протокол комсомольского собрания, назвал даже повестку дня. Дай, думаю, спрошу у комсомольцев, как прошло собрание. Разговариваю между делом с одним — не помнит такого собрания, другой — тоже. А потом Рябоконь — есть там у них такой парень — и говорит, что последнее собрание на батарее проходило месяца два тому назад.

— Как же это так? — забеспокоился Экажев. — Не может быть! Ты что-то, Вера, путаешь. Я только вчера там был, проверял комсомольское хозяйство. Все в ажуре — каждый месяц по одному-два протокола.

— Вот в том-то и беда, что дальше бумаг ты не пошел, — упрекнула Вера. — По бумагам все в порядке, не придерешься, а на деле — одна видимость.

— Значит, Нурманов обманом занимается? — вмешался в разговор Каграманов.

Слушая членов бюро, я подумал: «Тут есть и моя вина. Уж кому-кому, а мне-то следовало бы поглубже поинтересоваться делами в этой организации. Надо сегодня же побывать на батарее».

— А как же все-таки насчет самодеятельности? — вспомнив разговор с Гусевой, спросил Экажев.

— Вот ты и начни, Мурат. Потом обсудим и распространим опыт вашего батальона.

— Хорошо, попробую.

Со стороны противника донесся артиллерийский гул. Гитлеровцы начали огневой налет, за которым, видимо, будет очередная атака. Как только стрельба прекратилась, члены бюро тотчас разошлись по своим подразделениям.

Наука побеждать

В полк начало прибывать пополнение. Как всегда в таких случаях, всему офицерскому составу, а также партийному и комсомольскому активу предстояло многое сделать, чтобы быстрее ввести молодых бойцов в строй. Дело осложнялось тем, что среди новичков много было солдат, плохо владевших русским языком. Выяснилось, в частности, что в третьем батальоне, куда направлялось большинство вновь прибывших казахов, из всех офицеров лишь комсорг Каграманов мог говорить на их родном языке.

Заместитель командира батальона по политической части капитан Яков Исакович Коган поставил перед ним нелегкую задачу.

— Придется тебе, Армаис, быть не только комсоргом, но и переводчиком.